«Я ж вас в армии по мобильному читал!»

Десятилетие романа «Одиночество в Сети» Януш Леон Вишневский отпраздновал в России не самым плохим для писателя способом — мероприятиями в книжных магазинах

Ровно десять лет назад польский программист, до того не писавший ничего, кроме компьютерных программ и научных трудов по информатике и биохимии, дебютировал в литературе — романом, которому суждено было оказаться одним из главных европейских бестселлеров последних лет. Экранизация, инсценировки, издания на экзотических языках (например, во Вьетнаме одно время книга была не менее популярна, нежели на родине автора), только в России продано более 600 тысяч «бумажных» экземпляров — и миллионы электронных «скачиваний» и «прочтений». И это при том что Вишневский стал литератором в сорок семь — в возрасте, когда многие авторы уже давно написали свои главные книги, а то и вовсе прекратили свое физическое существование.

Фото: Натальи ЧАЙКИ

О многих литхитах десятилетней давности, и в том числе о тех, в продвижение которых было вложено немало сил, времени, наконец, денег, не вспоминают даже профессионалы, а «Одиночество в Сети» по-прежнему лидирует в разнообразных топ-листах и рейтингах продаж. В Пулкове пограничник изучает документы Вишневского и вдруг, забывая про служебные формальности и прочие приличия, буквально орет в полном обалдении: «О, так это вы написали «Одиночество в Сети»! Я же вас в армии читал по мобильному телефону, дайте, пожалуйста, автограф!»

В который уже раз, но неизменно доброжелательно и обстоятельно, Вишневский отвечает: несмотря на все свои научные навыки и технический склад ума, успех он свой не программировал и даже не предполагал: «Я до сих пор в шоке от всего произошедшего со мною». Он, по его признанию, просто хотел изложить историю двух своих знакомых… «Это история про любовь, про чувства, про одиночество, а мы все бываем одиноки; в Польше и в России, где у меня столько читателей, любят грустить, а у меня получилась печальная книга. Кроме того, здесь много сюжетных поворотов, каждый может спроецировать тот или иной эпизод на свою жизнь». Но эти объяснения, похоже, не удовлетворяют самого Януша Леона Вишневского: в конце концов, мало ли на свете печальных книг про одиночество, про отношения, с изощренным и насыщенным событиями сюжетом? Почему все же «Одиночество в Сети»?

Тут, думается, сыграли сразу несколько важных факторов. Выход романа совпал с началом взрывообразного распространения Интернета — в нашей стране во всяком случае. Великое множество людей открыли для себя возможности Сети, в чатах знакомились, влюблялись, расставались навсегда, здесь строились и рушились отношения, и идеальная виртуальная любовь, описанная в романе, оказалась неожиданно и свежо зарифмована с тем, что происходило в жизни многих читателей-пользователей. И ничего лучше в современной беллетристике про виртуальные романы, со временем выходящие в офлайн, до сих пор не появилось.

«Одиночество…» критиками как серьезная литература и вправду не воспринимается: чересчур мелодраматично, слишком эмоционально, многословно, ненужные подробности, перенасыщенная событиями фабула; и эта избыточность воспринимается экспертами как недостаток — и прежде всего как недостаток вкуса.

Но для публики это не дефект, а эффект. Всякий артист вам подтвердит: сплошь и рядом случается незаслуженная безвестность, но незаслуженной славы — не бывает. Вишневский, сам того не подозревая, конвертировал неумение — в прием, лишний раз подтвердив свою органическую талантливость. Он абсолютно искренен, его тексты эмоционально насыщенные, он не держит никакой дистанции между героями и автором (дело для профессионального писателя немыслимое) и переживает за персонажей, буквально — живет их жизнями.