Газета выходит с октября 1917 года Monday 9 декабря 2019

17 мгновений и 40 лет

Сорок лет назад начался показ 12-серийного телефильма «Семнадцать мгновений весны», поставленного по роману невероятно популярного тогда писателя Юлиана Семенова

Сегодня ни один телеканал, пожалуй, не поставил бы премьеру на август: ну кто будет сидеть у «ящика», когда в разгаре сезон отпусков? Подождали бы до сентября. 

Может быть, «мертвым сезоном» и объясняется, что телефильм посмотрело «всего» 50 миллионов человек (по другим версиям — 80 миллионов), а не 150. Успех был ошеломляющим.


На актеров, игравших в фильме, свалилась всенародная слава. Но самые большие восторги достались Вячеславу Тихонову. Известно, что Юлиан Семенов предлагал на роль Штирлица Арчила Гомиашвили, только что сыгравшего Остапа Бендера у Леонида Гайдая. Татьяна Лиознова видела в этой роли Олега Стриженова. Сегодня уже нельзя представить иного Штирлица, чем тот, которого воплотил Тихонов. Его штандартенфюрер Штирлиц — рыцарь без страха и упрека — стал кумиром миллионов. Пожалуй, это советский вариант Джеймса Бонда, бесстрашно сражающегося с мировым злом в одиночку. К тому же, в отличие от агента 007, — образец нравственности. Не было в Советском Союзе женщины, которая не прослезилась бы над знаменитой встречей Штирлица с женой (актриса Элеонора Шашкова) в кафе «Элефант», где они, бедные влюбленные, не видевшие друг друга много лет, «разговаривают» взглядами под лирическую музыку Микаэла Таривердиева. Еще бы не прослезиться! Ведь этот безупречный герой, к тому же писаный красавец, пребывая в логове врага, хранил верность жене и в связях, порочащих его, замечен не был. 

Фильм снимался в основном в СССР — в Ленинграде (Зоологический музей), Риге (улица Яуниела, которая потом изображала и лондонскую Бейкер-стрит в «Шерлоке Холмсе»), в Грузии. Часть сцен была снята в восточном Берлине. Именно там произошел курьезный эпизод: Вячеслава Тихонова чуть не арестовали, когда он решил пройти от гостиницы до съемочной площадки в форме СС. Берлинцы приняли его за приверженца фашизма и были возмущены.

Это хорошо характеризует берлинцев. Когда снимался финальный эпизод «Ночного портье» Лилианы Кавани (это происходило тоже в начале 70-х), режиссер очень опасалась гнева венцев. Ведь в финале Дирк Богард, игравший бывшего нациста, облачается в парадный мундир и выходит на улицу. Вспышки гнева, однако, не последовало. Явление актера в нацистской форме встретили аплодисментами, а кто-то даже выкрикнул «Heil!».

Кстати, именно с мундирами вышел прокол. Сейчас развелось много охотников выискивать «ляпы» в культовом телефильме, но все они несущественны. А вот черная форма, в которую одеты главные герои, — ошибка серьезная. Рассказывают, что консультантом по военной форме был один специалист из ведомства Юрия Андропова, который тщательно следил за соблюдением исторической достоверности. Без его визы ни один мундир, ни одни брюки-галифе, кожаный плащ, фуражка или сапоги не могли появиться в кадре. Тем более непонятно, почему он завизировал черную форму СС, которую в те годы уже заменили на серо-зеленую. 

Ошибка, однако, придала особый колорит фильму, ведь эти черные мундиры, разработанные дизайнером Карлом Дибичем из фирмы «Хьюго Босс», обладают своеобразной зловещей красотой и элегантностью. 

Сегодня фильму иногда ставят в упрек «романтизацию» фашистов. Форма тому виной или обладающие редкостным обаянием актеры, сыгравшие фашистских бонз, но доля истины в этом есть. Английские художники братья Чепмен, выставку которых все так яростно ругали, в гораздо большей степени преуспели в развенчивании фашистов, показав инсталляцию, где вояки, облаченные в свою красивую форму, попали в ад и убивают друг друга всевозможными изощренными способами.

В годы перестройки рекорд, поставленный телефильмом «Семнадцать мгновений весны», который летом 1973-го посмотрели больше 50 миллионов человек, был побит мексиканским и американским «мылом», начиная «Рабыней Изаурой» и «Санта-Барбарой». Потом пришел черед «Твин Пикса» Дэвида Линча.

↑ Наверх