Газета выходит с октября 1917 года Thursday 30 мая 2024

«Академия — не просто «военный городок» Министерства обороны, а неотъемлемая часть Петербурга»

По старинным зданиям ВМедА можно совершать интереснейшие экскурсии, в которых история страны и города тесно переплетается с историей развития врачевания

Судьба ВМедА по-прежнему неизвестна. Защитники академии надеются, что план переезда будет отменен. Если же переезд в Горскую все-таки состоится, непонятно, что именно будет оставлено в исторических зданиях академии. Если сохранят только два-три здания, в которых уместятся музеи и архивы, то что ждет остальные корпуса? У ВМедА более сотни зданий, причем почти три десятка из них находятся под охраной ЮНЕСКО. Рассказать о некоторых из них редакция «ВП» попросила Владимира Олеговича САМОЙЛОВА, председателя музейного совета академии, заведующего кафедрой нормальной физиологии ВМедА, члена-корреспондента РАМН, генерал-майора медицинской службы в отставке.

Здание анатомического корпуса. Именно здесь на протяжении почти 90 лет хранились мощи св. Александра Свирского


Здесь каждый камень Петра Великого знает

— Начнем нашу небольшую экскурсию с Пироговской набережной. Ее застройка началась осенью 1715 года, «ради попечения о болящих воинах» по личному указу Петра Великого, заложившего первый камень в фундамент здания Военно-сухопутного и Адмиралтейского госпиталей. Автором архитектурного проекта был Доменико Трезини, его консультантом — лейб-медик государя Роберт Арескин (руководитель медицины российской). К тому же Петр I собственноручно вносил изменения в их чертежи. Так что с петровских времен у нас повелось обязательное участие врачей в проектировании больниц и медицинских центров. Здания госпиталей образовали единый двух­этажный ансамбль с церковью посередине и двумя анатомическими театрами по краям. На сегодняшний день этот комплекс (Пироговская наб., 3) — единственный участок классического петровского барокко на набережных Невы.

Старинная библиотека является шедевром архитектуры

Интересно, что нынешний вестибюль ранее занимала большая академическая аудитория. В ней читали лекции не только медики, чьи имена стали известны всему миру, но и ученые, в дальнейшем прославившиеся открытиями совсем в других областях. Среди них Василий Петров — изобретатель электрической дуги, Николай Зинин — создатель первого искусственного красителя, учитель Нобеля. И в этих стенах Николай Коротков изобрел звуковой метод измерения артериального кровяного давления у человека. Именно этим методом до сих пор пользуются врачи во всем мире. 

Сейчас в комплексе зданий расположено несколько кафедр и научная библиотека — шедевр архитектуры, — насчитывающая порядка 2 миллионов единиц хранения.

В память о выдающихся химиках и «Могучей кучке»

— Пироговская набережная, 1. Так называемое здание Естественно-исторического института (поскольку в нем располагались кафедры естествознания: химии, физики, зоологии и другие) строилось с 1858 по 1863 год (архитектор И. Черник, при участии военных инженеров В. Адриевского и К. Соколова). Построено на совесть. Когда во время Великой Отечественной войны авиационная бомба «прошила» все здание насквозь — от крыши до подвала, стены нисколько не пострадали, не пошли трещинами. Та бомба, к счастью, не взорвалась, ее обезвредили саперы.

За строительством здания в свое время наблюдал Александр Порфирьевич Бородин, выдающийся химик и композитор, чье имя прежде всего ассоциируется с оперой «Князь Игорь». При проектировании здания было предусмотрено устройство квартиры для профессора химии. И первым из квартирантов стал Александр Бородин! Так что стены этой профессорской квартиры первыми услышали музыку величайшего композитора. Здесь же постоянно собиралась «Могучая кучка». 

Административный корпус. Изначально в этом здании располагалось студенческое общежитие

Лестничную площадку украшает бронзовый бюст академика Николая Зинина, учителя Бородина. Ничего необычного? Нет! Сама история бюста — как поэма. В те годы памятники на территории академии устанавливались на пожертвования коллег, учеников и пациентов, причем каждый жертвователь мог внести не более одного рубля! Через четыре года после смерти Николая Зинина была собрана такая сумма, что на нее не только установили роскошный, по мнению Бородина, памятник, но и учредили ежегодную стипендию студенту, показавшему наилучшие достижения в изучении химии. Стипендия существовала с 1884 по 1918 год.

Кафедра биохимии, на которой проводили научные исследования Зинин и Бородин, была одой из самых первых в России. В 30-х годах прошлого века сотрудник этой кафедры Георгий Владимиров впервые в Советском Союзе применил изотопы для изучения медицинских проблем. Причем изотопы были созданы в подвале здания. В том же подвале академик Сергей Лебедев, именем которого названа улица, синтезировал искусственный каучук, благодаря чему в Советском Союзе удалось «обуть» колеса автомобилей и самолетов в условиях экономической блокады (когда страны Южной Америки отказались продавать нам природный каучук).

В этом же здании в 1896 году профессор Николай Егоров создал первый в России рент­геновский прибор и сделал первый рентгеновский снимок — через месяц после открытия Рентгена. В том же году сотрудники академии внедрили рентгеноскопию в диагностику заболеваний и анатомические исследования.

И здесь же в 1863 году Иван Сеченов прочел публичную лекцию. В ней он изложил содержание подготовленной к печати статьи под названием «Рефлексы головного мозга», в которой прозвучала гениальная догадка, что механизмом психической деятельности служат рефлексы. Что в дальнейшем экспериментально доказал Иван Павлов, возглавлявший кафедру фармакологии, также располагавшуюся в этом здании. А в аудитории, в которой читал доклад Сеченов, в 1917 году несколько раз выступил Максим Горький — перед революционными массами.

Статуя Гигеи

Встретимся мы у Шарлеманя, передохнем возле Гигеи

— Ныне центральное здание академии — здание управления на улице Лебедева, дом 6. Строилось с 1799 по 1809 год (до 1800-го строил Антонио-дель-Порто, затем — Андрей Воронихин). Большую часть постройки долгое время занимало студенческое общежитие. Здесь жили будущие медики, и о быте студентов можно прочитать в романе «Что делать?» (Чернышевский часто бывал здесь у своих знакомых). 

Кроме общежития в здании находились конференц-зал, библиотека, столовая. В 1800 году в конференц-зале состоялось первое заседание ученого совета академии. Тогда заседало всего семь профессоров, со временем их количество возросло до шести десятков, теперь снова уменьшается. 

Здание — шедевр эпохи классицизма. Центральный корпус с портиком из шести коринфских колонн увенчан куполом. В 1810 году стены конференц-зала были украшены фресками, изображающими руины Рима (автором считается Пьетро Гонзаго, но в последние годы появились свидетельства, что автор — Пьетро Анжели). 

Строгая чугунная  ограда отгораживает сквер парадного двора от оживленной улицы Лебедева. Ограда была создана в 30-х годах XIX века архитектором  Иосифом Шарлеманем, автором ограды Летнего сада вдоль Мойки.  Кстати, коренные петербуржцы любили назначать свидания около Мойки и говорили при этом: «Встретимся у Шарлеманя». Для слушателей академии такое предложение обычно означало встречу перед главным зданием академии. 

Скульптура Афины Паллады в здании клиники акушерства и гинекологии

В 1996 году парадный двор приобрел очень важный архитектурный элемент — фонтан «Гигея», созданный в 1873 году скульптором Иенсеном и архитектором Штакеншнейдером. Сейчас Гигея — это скульптура, фонтан уже давно не работает. Но Владимир Самойлов помнит, как из пасти змеи, обвившейся вокруг руки Гигеи, лилась вода. Причем было несколько минут на закате солнца, когда над фонтаном вставала радуга неземной красоты.

Судьба этого фонтана заслуживает отдельного рассказа. Изначально Гигея находилась рядом с памятником Боткину на углу Боткинской улицы и Б. Сампсониевского проспекта. Вот только получилось, что Боткин и Гигея — богиня здоровья и медицины смотрели в противоположные стороны, что служило предметом бесконечных шуток. Тогда в 50-е годы минувшего века Гигею перенесли от Боткина подальше — на противоположный угол Боткинской улицы (где ныне находится памятник военным медикам, погибшим в войнах). Но здесь Гигея не нашла покоя. Ею заинтересовались студенты морского факультета ВМедА, систематически шкурившие груди металлической девы. Руководство академии пыталось бороться с новым обычаем. Бесполезно. Студиозусы дошкурили изваяние чуть ли не до дыр. Чтобы спасти чудный памятник (бывший фонтан), и было принято решение о переносе памятника за ограждение, возле административного корпуса. На этом злоключения богини и закончились. (К слову: необходимость переноса такого исторического памятника, как фонтан «Гигея», руководство академии в течение трех часов доказывало в КУГИ.)  

Давай пройдемся вдоль пруда

— Пространство между нынешним главным административным зданием академии, Клинической и Боткинской улицами и Большим Сампсониевским проспектом поныне занимает прекрасный сад с прудом. По преданию, создание этого сада относится к петровским временам, причем в саду трудились пленные шведы. После победы над Наполеоном к работе в саду привлекали пленных французов, а после Великой Отечественной войны — пленных немцев. Что касается пленных немцев, то это уже не легенда, а свидетельства очевидцев. 

Кстати, в музее академии выставлена ваза севрского фарфора, которой император Александр I наградил академию за вклад в победу над «непобедимой армией» Наполеона Бонапарта. В Париж в составе русской армии вошли 700 врачей, большинство которых училось в стенах академии (тогда — Медико-хирургической академии). 

В 60-е годы XIX века сад превратили в Ботанический, была построена оранжерея, в которую с Аптекарского острова перенесли много лекарственных растений, включая и привезенные в Россию Петром Великим. 

Пироговская набережная. С нее начиналась история ВмедА

 

Кто хочет лечиться в дворцовых покоях?

В доме №4 по Клинической улице находится клиника акушерства и гинекологии. Старинное здание, внутреннее убранство которого больше подходит загородному дворцу. Над созданием дворца-клиники работали лучшие архитекторы — Чарлз Камерон, Адриан Захаров, Михаил Ветошников. 

Великолепная парадная лестница, перед входом на которую посетителей встречает скульптура Афины Паллады, символизирующая мудрость и знание. 

Мощи Св. Александра Свирского бережно хранили 90 лет

Немного в стороне от главных корпусов, на улице Лебедева, дом 37, расположены анатомический театр и несколько кафедр. Здание построено в 1871 году. Его возведение было крайне необходимо, ибо в течение многих лет жители Выборгской стороны жаловались на смрад, идущий от старого анатомического института. Новый был построен с соблюдением всех требований гигиены к подобным учреждениям. 

Административный корпус. Перед ним — статуя Гигеи

Именно в этом здании, на кафедре нормальной анатомии, в течение почти 90 лет хранились мощи св. Александра Свирского. 

— Раньше никто и не догадывался, чьи это мощи, — вспоминает Владимир Самойлов. — Но это была действительно потрясающая воображение мумия, причем целая. Она была просто прислонена к стене. После революции мумию было приказано сжечь. Но тогда начальник кафедры анатомии Владимир Николаевич Танков спрятал ее, сказав кому надо, что сжег. Так мумия пережила войны (в том числе блокаду Ленинграда), время репрессий. Затем мощами заинтересовались, были проведены многочисленные экспертизы. В результате мнения экспертов разделились. Одни говорили: «Да, это мощи Александра Свирского», другие, что нет. Точку в этом споре поставил патриарх Алексий II, подтвердивший: это мощи св. Александра Свирского. Некоторое время мощи хранились  в одной из петербургских церквей. И они мироточили, а иконы в храме плакали. Затем мощи переправили в возрожденный монастырь Александра Свирского.

— Во время войны в здание не попала ни одна бомба, хотя многие дома вокруг были разрушены. Здание выстояло, стены полностью сохранились. Зато уже сейчас пошли трещины, из-за того что рядом ведутся строительные работы. Возводится гостинично-жилой комплекс Минобороны, — продолжает профессор Самойлов. — Что произойдет дальше с памятником архитектуры, которым является анатомический театр, неизвестно. А какой вид будет открываться из окон новопостроенного элитного жилья! С одной стороны — анатомический театр, морг, с другой — тюрьма, с третьей — железная дорога. Лучше бы построили новый корпус для слушателей ВМедА. 

 

СПРАВКА «ВП»

Гигея (Гигеия или Гигия) — в греческой мифологии богиня здоровья и медицины, дочь Асклепия (в некоторых толкованиях — супруга Асклепия-Эскулапа). Гигею изображали в виде красивой женщины, которая кормит змею из чаши. Кстати, чаша со змеей стала в дальнейшем символом медицины. В честь этой богини назван астероид. 

Владимир Самойлов: «Переводить академию в Горскую — нельзя!»

Прямая речь

Владимир САМОЙЛОВ:
— Передислокация академии в пригород, несомненно, нанесет ущерб обороноспособности России. После многолетнего и дорогостоящего обустройства кафедр, клиник, лабораторий, жилья для учащихся в Горской — из-за объективной невозможности подбора профильных больных и высококвалифицированных педагогов — резко ухудшится качество подготовки военных врачей. Из-за значительной удаленности от центра города, наличия во всех районах Санкт-Петербурга крупных многопрофильных больниц-тысячников и медицинских клиник федерального подчинения, отсутствия продуманной транспортной логистики, удлинения времени доставки пациентов «скорые» просто не повезут больных в Горскую. И будут правы, поскольку несвоевременная доставка больного в стационар серьезно уменьшает перспективы на выздоровление.

Чтобы сохранить ВМедА, необходимо:

Первое. Остановить реализацию проекта «модернизации» академии путем переезда в Горскую. 

Второе. Разработать новую концепцию развития академии с учетом мнения ученого совета, профессорско-преподавательского состава. Концепция должна предусмотреть сохранение исторических зданий (если потребуется, поэтапную реконструкцию некоторых из них), а также строительство новых зданий на территориях, прилегающих к Финляндскому и Витебскому вокзалам. 

Третье. Рассмотреть вопрос о придании академии особого президентского статуса и обеспечить ее полноценное финансирование, допустимое для бюджетных, а не казенных организаций, разрешить привлекать дополнительные финансовые средства через системы ОМС и ДМС. 

Помнить, что ВМедА — не просто «военный городок» Министерства обороны, а неотъемлемая часть Санкт-Петербурга, я бы сказал, часть души нашего города, часть ноосферы нашей Родины, достояние всего человечества. Не зря Леонид Рошаль назвал ВМедА бриллиантом в короне отечественной медицины.

 

 

Фото предоставлены Н. Фоминым, О. Синегубовым и Натальей ЧАЙКОЙ
↑ Наверх