Газета выходит с октября 1917 года Tuesday 29 сентября 2020

Чиж получил грамоту, а Лагутенко подал «SOS матросу»

Кругосветное плавание барка «Седов» соединило континенты

Четвертое кругосветное плавание капитана Зорченко

Экипаж и курсанты барка «Седов» несли особую миссию демонстрации флага. Во всех странах, где побывал парусник, он становился посланником мира.

Петербург, Осло, Брест, Касабланка, Монтевидео, мыс Горн, Вальпараисо, Лима, Папеэте, Апиа, Манила, Владивосток, Сингапур, Маврикий, Кейптаун, Уолфиш-Бей, Дакар, Гамбург... Вот лишь условный маршрут кругосветного путешествия барка «Седов». А «Прямо по курсу — / Самая лучшая, / Что дожидается, / Молчит, улыбается...», как написал в песне, посвященной самому большому в мире паруснику, Илья Лагутенко, также участвовавший вместе со всеми своими музыкантами-«мумий-троллями» в этом морском походе. Отдав 20 мая 2012 года швартовые, барк «Седов» прошел 47 тысяч миль через три океана, бросил якорь в 32 портах мира, и ошвартовавшись 20 июля 2013 года, замкнул круг. За его путешествием следили, его возвращения ждали, как когда-то, более ста лет назад, в Петербурге ждали возвращения шлюпов «Нева» и «Надежда». Тем более что маршрут капитан «Седова» Николай Зорченко избрал почти такой же, по которому шли в первую российскую кругосветку капитаны «Невы» и «Надежды» Крузенштерн и Лисянский. «Самые лучшие» с раннего утра занимали места на набережной у подворья Оптиной пустыни, «бросали чепчики». Правда, некоторые звонко кричали «Зени-и-ит» вместо «Седо-о-ов». Но тут уж было не до деталей: почти сотня мальчишек вернулись из, только прочувствуйте, КРУГОСВЕТНОГО ПЛАВАНИЯ! Конечно, вернулись мужчинами. И честь им в субботу на набережной Лейтенанта Шмидта отдавали даже адмиралы! А зачитавшиеся большими чиновниками обращения были подписаны лично президентом и премьером страны! Но медные трубы участникам похода не грозят, они знают цену славе — труд и дисциплина. И эти два кита мореплавания сделали свое дело. Их плавание прогремело на весь мир — 25 тысяч публикаций в СМИ. Владимир Путин следил за этой кругосветкой. И через министра сельского хозяйства Николая Федорова пообещал барку «Седов» новые походы...

Причем здесь Минсельхоз, спросите? Все элементарно. Барк «Седов», как впрочем и барк «Крузенштерн», и фрегат «Паллада» — учебные суда Росрыболовства, которое в свою очередь подчиняется минсельхозу. А мальчишки, участвующие в походах, — курсанты рыбопромышленных училищ и вузов, будущие судоводители. А кругосветное плавание — их учебная практика. Но в этот раз тренировочный поход обернулся настоящей миссией мира. Существует такое понятие: демонстрация флага. Обычно это удел военных моряков. Не обязательно держать флот в Средиземном море. Но время от времени надо демонстрировать свою силу. В данном случае эта миссия легла не на флагман ВМФ, а на гражданское учебное судно. Оно стало посланником мира и произвело эффект больший, чем бы, например, весь Балтийский флот поднял флаги в том же Средиземном море. Этот факт лично отметил министр иностранных дел Сергей Лавров. Как рассказал корреспонденту «ВП» капитан барка «Седов» Николай Зорченко, они не успевали считать людей, которые в 32 портах 24 стран мира поднялись на борт барка:

— Около 50 тысяч — в Китае, около 30 тысяч — во французском Бресте. В каждом порту — тысячи людей. Мы ведь не просто так ошвартовывались в портовых городах. На борту парусника устраивались фотовыставки, посвященные истории и достижениям России.

К беседе подключился глава Росрыболовства Андрей Крайний:

— Мы пока не знаем, какой будет следующий поход. Но я вижу великую дату, о которой стоит напомнить миру с посланником мира — барком «Седов». Это 70 лет Победы в Великой Отечественной войне.  

В субботу же на набережной Лейтенанта Шмидта все было торжественно. Четыре мачты барка только начали приближаться к пирсу, раздался трубный глас: это ледокол «Красин» приветствовал входящий в акваторию Большой Невы парусник. Тащили самое большое в мире парусное судно два буксирчика «Грифон-5» и «Петергоф». Провели в устье — а это один из самых сложных из-за стремительного течения реки участков фарватера — благополучно. Встречали парусник громогласно: военно-морской оркестр, отряд барабанщиц, пиротехническое шоу. Под конец выступили «мумий-тролли» с написанными в походе песнями. Барк в ответ по-своему приветствовал Петербург. Горожане впервые увидели парад курсантов на реях, а сигнальщик на борту передавал семафорной азбукой: «Благодарим за встречу. Благодарим за встречу. Благодарим за встречу...» Сотни петербуржцев на набережной в ответ просто махали руками.

Пошел дождь. И дождь по-петербургски неслабый. Но людей он не напугал. Те только достали зонтики. Остальные быстро сориентировались и направились к автомату по продаже этого самого необходимого в Северной столице атрибута. А потом вернулись, украсив набережную разноцветными куполами. Конечно, ведь после торжественной части барк обещал «открыть трап». Журналистов пустили на борт чуть раньше. Барк блистал чистотой — палуба, медные части судна. Хоть в белых перчатках проверяй.

Как рассказал корреспонденту «ВП» руководитель практики Василий Молчанов, это заслуга курсантов:

— У нас на борту, считайте, два экипажа. 47 человек — постоянный. И экипаж курсантов. Со всего Северо-Запада: из Мурманска, Архангельска, Калининграда, Петербурга... За время плавания сменилось три экипажа курсантов. Первый шел от Петербурга до Касабланки, второй — от Касабланки до Владивостока, и третий — из Владивостока в Петербург. Последний экипаж — 83 курсанта. В моем подчинении были 23 человека.

— И как у курсантов с дисциплиной? Вахту стояли?

— Вахта у нас была «4 через 8» — четыре часа на вахту, восемь на отдых. Работы на паруснике много. Два, а то и три раза в день палубу драить, медные части, содержать рангоут, такелаж. Не все было гладко. Это же мальчишки! Странным было бы, если бы они все были ровные и гладкие. Непросто было. Но в таких походах характер закаляется. Мальчишки становятся мужчинами. Тем более у них был авторитет — наш капитан. За таким в огонь и в воду. Николай Зорченко единственный в мире капитан, ходивший в четыре кругосветных путешествия, три из которых парусные.

И, конечно, после такого рассказа корреспондент «ВП» снова отправился искать капитана:

— Николай Кузьмич, у вас четыре кругосветки. Какая была самой сложной?

— Эта. Особенно переход от Манилы до Владивостока. Во-первых штормило. А мы не должны были выбиваться из графика. А во-вторых, у нас на борту находился огонь Всемирной универсиады, которую мы должны были доставить во Владивосток. Весь экипаж трудился. Доставили вовремя. Курсанты молодцы.

Кстати, одному из курсантов Денису Чижу из Мурманского морского рыбопромышленного колледжа министр сельского хозяйства Николай Федоров вынес отдельную благодарность. Как потом рассказал корреспонденту «ВП» помощник капитана по учебной работе Сергей Ивкин, это уникальный курсант:

— Когда шла речь о том, кого из воспитанников отметить, был выбран Денис Чиж. И это было единодушное мнение всех боцманов. А это дорогого стоит. И такого единодушия на борту барка среди боцманов еще не было!

Курсанты же разрываются надвое. С одной стороны, поход на барке — это уже неотъемлемая часть жизни каждого, расставаться с которой не хочется. А с другой, ноги рвутся на берег. Там ждут родители, а многих и «самая лучшая, что дожидается», как выразился Лагутенко. Курсанты из Питера, конечно, больше всех посматривали в сторону набережной. Но близкие приехали и к мальчишкам и из других городов...

На набережной Лейтенанта Шмидта барк «Седов» простоит два дня. Потом курсантов отправят по домам, а парусник встанет в док Канонерского завода на два месяца для профилактического ремонта. После чего будет готов к новым походам.

«Через две недели в море мы перестали друг с другом разговаривать»

Илья Лагутенко рассказал о кругосветном плавании

На встрече барка «Седов» корреспонденту «ВП» прямо на палубе удалось задать несколько вопросов лидеру группы «Мумий Тролль» Илье Лагутенко.

— Вы всей группой были в этом походе?
— Да. Еще 14 месяцев назад мы вместе приняли решение уйти в поход. Хотя, если я с детства мечтал о кругосветном плавании, считал себя потомственным моряком, то у других музыкантов таких стремлений не было. Им ко многому пришлось привыкать. К качке, к дисциплине.

— Что, буквально жили по склянкам?
— Конечно, мы ничем не отличались от экипажа.

— Скучали по близким? (На берегу Илью Лагутенко встречали жена Аня и две очаровательные дочки Летиция и Валентина-Вероника.)
— Конечно, скучал. Но мы виделись. Аня и девочки, например, прилетали, когда мы стояли в Африке.

— Ступая на борт барка «Седов», вы обещали написать новый альбом.
— Вы знаете, оказавшись на «Седове», я очень тогда испугался. Подумал, а что если мне не удастся выполнить обещание. Но альбом написан. И в августе мы начинаем новый тур «SOS матросу». Мы поедем с ним из Владивостока в Петербург.

— Тяжело было? Обстановка все-таки непривычная.
— Я всем молодым советую идти в кругосветное плавание. Рок-группа такой организм... Мы 15 лет в дороге и ни разу друг другу не надоели. Но за две недели в море мы перестали друг с другом разговаривать. Это полезный опыт.

— Не жалеете?
— Нет. Напротив, я благодарен Русскому географическому обществу, экипажу и лично капитану барка Николаю Зорченко за приглашение. Этот поход стал актом миссионерства. И позволил ознакомить мир не только с русскими моряками, но и с русской музыкой.

— А где вы выступали?
— Почти в каждом порту. Пели прямо здесь, где мы с вами стоим. Еще на корме выступали. В актовом зале. Выходили в города, где останавливались. Пели в клубах с местными группами. Я выступал на радио, рассказывал о русском роке на радиоволнах от Китая до Африки.

— Вы записали песню на борту. Какую? Аппаратура не подвела?
— На барке мы записали песню «Малёк». А запись... Сейчас техника стала такая, что звукозаписывающая студия может элементарно разместиться в кармане ваших брюк. Кроме музыки, мы еще сняли музыкально-приключенческий художественный фильм «Whatever 1 o’clock». Мы представим его в следующем году.

↑ Наверх