Газета выходит с октября 1917 года Sunday 19 августа 2018

Для них война не закончилась

В борьбе за непредоставление жилья ветеранам чиновники создают обстоятельства, до боли напоминающие реалии Великой Отечественной

Минувшей весной участник Великой Отечественной войны Юрий Тощаков на основании решения суда Адмиралтейского района должен был въехать в благоустроенную квартиру, положенную ему во исполнение указа президента №714 об обеспечении жильем ветеранов. Но в самый последний момент администрация района, уже отчитавшись за то, что « все ветераны района жильем обеспечены», и не желая портить отчетную статистику, подала в Городской суд апелляционную жалобу на это справедливое решение.

Татьяна Смирнова четвертый год ведет прием ветеранов


В Горсуде прошло два заседания. На первое, в июле, представителей администрации участники процесса ждали два часа. На второе, в начале августа, Тощакова даже не пустили, лишь выглянув из-за двери в коридор, протараторили: а мы уже все без вас решили, жилье вам не положено.

Через три недели Юрий Васильевич скончался, даже не дождавшись возможности подать надзорную жалобу...

Он — не единственный, кто не дождался квартиры.

Наверное, для некоторых это закономерный и ожидаемый итог: нет человека, нет проблемы. Тем более что все знают, как судебные тяжбы влияют даже на здорового человека. Но ветераны с этим не согласны. Они не сдаются. И многие из них приходят в « Вечерний Петербург», к юрисконсультам горячей линии «36 квадратных метров» с готовностью бороться до последнего. Отстаивать свои права. Низкий поклон им.

Низкий поклон юристам, которые уже более трех лет в сотрудничестве с «Вечерним Петербургом» и остальными СМИ Балтийской медиа-группы помогают участникам войны, блокадникам, труженикам тыла и другим, в сердцах которых четыре года борьбы с фашизмом оставили свой след, добиться от государства, за которое они воевали и на благо которого трудились, хоть какого-то признания их заслуг.

Как они были счастливы, когда в 2008 году вышел «ветеранский» указ президента! Их не забыли, о них помнят! И как они разочаровались, когда увидели, что чиновникам на местах глубоко начхать и на них, и на указ президента.

Семья ветерана Зайцева еще надеется на помощь государства

Устами Левитана

Три года тяжб. Как рассказывает юрисконсульт «36 квадратных метров» Татьяна Смирнова, однажды показалось, что пора закрывать горячую линию:

— Мы отвечаем на звонки ветеранов, проводим серии консультаций, ведем их переписку. В сложных случаях выходим в суд. В какой-то момент новые лица к нам уже не обращались. Подумалось, что мы доведем тех, с кем уже долгое время работаем, до заселения и закроем горячую линию за ненадобностью. 

Но наступил 2012 год. И за девять месяцев к нам за помощью обратились уже 495 человек! Из них 64 ветерана никогда до этого к нам не приходили! 

Стало ясно, что «покой нам только снится» , что многие знают о своих правах, но в одиночку бьются о заслоны, расставленные чиновниками, что многие просто еще не знают о нас!

Редакция констатирует: работа горячей линии «36 квадратных метров» — не борьба с ветряными мельницами.

В 2012 году, после двух- и трехлетних хождений по чиновничьим кабинетам, бесконечной переписки, нескончаемой череды ожиданий жилье получили 18 ветеранов! Среди них житель Ленинградской области, участник Великой Отечественной войны Алексей Назаров, житель блокадного Ленинграда Валентина Маркина, труженица тыла Любовь Архипова и другие.

Эти слова — как сводки Совинформбюро из уст Левитана. А если серьезно — это страшное сравнение. Но о чем говорить, если зачастую совсем не чиновники исполняют указ президента. Так, в октябре прошлого года Балтийская медиа-группа, группа компаний «Эталон» , банк ВТБ и биржа «Санкт-Петербург» ответили на призывы нашей газеты и, сложившись, купили участ-нице войны Евгении Чепчуговой новую квартиру. Потому что даже наша Татьяна Смирнова, которая в принципе никогда не сдается, сказала, что Евгении Васильевне чиновники квартиру точно не дадут — мешает 10-летний ценз оседлости.

Однокомнатная квартира для участницы Великой Отечественной Евгении Чепчуговой — лишь немногое из того, чего она достойна

Внучки спят валетом

В 11-метровой комнате на Новороссийском проспекте, в которой с трудом помещаются две узкие кровати, шкаф и столик, живут участник войны 96-летний Николай Тимофеевич Зайцев и его жена блокадница Римма Михайловна. В остальной квартире — дети, внуки мал мала меньше. Зарегистрированы 6 человек. В жилье ему отказывают. Ведь чиновники умеют считать! Они делят общую площадь 54,4 квадратного метра на 6 человек и получают 9,06 квадратного метра. А жилье ветерану положено, когда его доля в общей площади не превышает 9 квадратов...

У участницы Великой Отечественной войны Антонины Веселовой рекорд — 144 отписки с отказами в предоставлении жилья! Она стояла на очереди, но была просто вычеркнута из нее. Живет с сыном в 

12-метровой комнате, где тот оборудовал себе угол из балкона, в другой комнате — дочки и бывшая жена сына. Места нет, дочки спят валетом . У семей раздельное хозяйство, отдельные счета по квартплате. То есть это уже коммунальная квартира. А чиновники в 144-й раз убеждают Антонину Ильиничну, что они — одна большая и дружная семья.

Это, кстати, в последнее время самая модная отписка. Семь человек, женатые и разведенные, спят на голове друг у друга, ветеран живет в углу размером с собачью будку, а ему говорят: вы — семья. А иногда, когда по расчетам получается меньше 9 кв. м и квартиру давать вроде надо, чиновники находят выход: они добавляют к жилплощади ветерана, живущего с большим семейством, жилплощадь в других квартирах (!), в которых живут дальние родственники, например муж внучки или муж правнучки. И вот у ветерана опять получается больше 9 квадратов. И чиновники спокойны.

Блокада в Шуваловском парке

А бывает так, что квартиру дали, а въехать туда невозможно. Такая история у блокадницы и ветерана труда Тамары Орловой. Она живет у Шуваловского парка на улице Шишкина. Дом — без водопровода, газа и отопления. Дали весной однокомнатную квартиру. Но не переехать. Как рассказывает дочь Виктория, жить в этой квартире, если сразу заселяться, невозможно:

— Там были гнилые трубы — как водоснабжения, так и центрального отопления, раковина разбитая, оконные проемы не совпадали по размеру с вставленными в них рамами, лоджия до сих пор не остеклена. Мы написали акт. До сих пор строители исправить все не могут.

А тут другая напасть. 8 октября сосед по улице Шишкина взял и сгрузил в проезд к дому Орловых пять «КамАЗов» со снятым откуда-то дорожным покрытием. И дом оказался блокирован, разве что на тракторе можно проехать.

Рассказывает Виктория:
— Ни воду, ни газ, ни дрова не подвезти. Мама опять в блокаде. Мы обратились к муниципалам и в администрацию Выборгского района. Приехала комиссия, сообщила, что эти отходы имеют класс опасности и вывозить их можно только на полигон. Но это должен делать тот, кто нарушил, то есть сосед. Обязали соседа до 15 октября все вывезти. А тот 15 октября взял погрузчик и с соседней несанкционированной свалки еще отходов навозил в наш проезд. Полицейский все это видел и только улыбался. Это кошмар какой-то.

Господа чиновники, если вам нужны еще подобные истории, обращайтесь. У юрисконсультов горячей линии «36 квадратных метров» их много — в наших папках хранятся целые судьбы. О чем хотим попросить? Вы уж, пожалуйста, не возвращайте ветеранов в войну. Ведь именно так и получается.

Юрий Тощаков погиб в бою за свой кров. У Тамары Орловой нет связи с Большой землей. Николай Зайцев ютится в землянке.

По данным комитета по социальной политике, на июнь 2012 года в Санкт-Петербурге проживают 245 тысяч ветеранов Великой Отечественной войны и приравненных к ним лиц, из них:

 

  •  более 5 тысяч инвалидов Великой Отечественной войны;
  •  более 37 тысяч участников Великой Отечественной войны;
  •  более 134 тысяч лиц, награжденных знаком « Жителю блокадного Ленинграда»; 
  •  более 53 тысяч тружеников тыла;
  •  более 14 тысяч бывших несовершеннолетних узников концлагерей.

 

По сводным данным ветеранских организаций, в прошлом году из жизни ушло более 22 тысяч ветеранов Великой Отечественной войны и приравненных к ним лиц (участников боевых действий — около 7 тысяч).

 

↑ Наверх