Газета выходит с октября 1917 года Tuesday 19 ноября 2019

От Михаила Телехова: Мы — люди экстерьера, а они — люди интерьера

— Один мой интервьюируемый невзначай похвастался, какой красивый дом, в котором он живет: что он недавно построен, но как он здорово, по-петербургски выглядит — «просто классика XIX века». Я по своей, видимо, глупости подумал, что он говорит об архитектурных изысках. А с оказией попав в этот элитный микрорайон, удивился, не понял, чем хвастается этот далеко не бедный и далеко не глупый человек. Коробка и коробка.

Но когда я вошел внутрь, там разве что не было плюшевых портьер, а так — мраморные (или «подмраморные») лестницы, изразцы голландские ( или «подголландские») на стенах, деревянные (вроде деревянные) двери с бронзовыми ручками.

Честно, я долго думал, что это. Потом вспомнил еще одного очень неглупого человека, который восторгался, как горит ониксом его театр, хотя простые граждане только руками разводили — мол, какой такой оникс, обычный дом быта без изысков. Но потом я попал внутрь этого театра и увидел оникс, который и взаправду горит очень красиво.

И тут я понял: эти люди — обычно очень важные лица. У них шикарные, с завешенными портьерами окнами и горящими каминами квартиры, роскошные автомобили с тонированными стеклами, удобные кабинеты не хуже квартир, загородные дворцы с высокими заборами. Эти люди ездят по делам и по быту, даже не видя улицы! Их везут на их работу и высаживают вплотную к дверям. Их везут по домам и высаживают у лифта на подземной парковке. Их везут за город и высаживают в гараже, огороженном забором. Из-за темных стекол машин они не видят ни неба, ни леса, ни стен, мимо которых едут. Они, по разным причинам, никогда не пойдут гулять по улице. Как мы, способные часами вживаться в свой город, будь то Петербург, или старая Москва, или другой, где мы живем.

И поэтому у одного банальная многоэтажка превратилась в «классику XIX века». А у другого вместо дома быта — горящий оникс.

Я понял, что мы — люди экстерьера. Мы живем «наружьем». А они — люди интерьера. Они живут «внутрьём».

Люди лишены целого мира: даже их отдых на каком-нибудь элитном курорте у горячего моря — это их интерьер.

А потом подумал, что если они не знают и им не важно, как выглядят их дома, их театры, то это вообще не мое дело. Ведь в конце концов от них не останется ничего, кроме их «интерьеров». А интерьеры мне неинтересны.

↑ Наверх