Газета выходит с октября 1917 года Thursday 18 июля 2019

Какая она, жизнь за мостом?

На киностудии «Ленфильм» подходит к концу работа над фильмом молодого режиссера Наура Гармелиа

Режиссер Наур Гармелиа — ученик Сергея Снежкина. В команде Сергея Олеговича Наур смог попробовать себя в разных кинопрофессиях, например ассистентом режиссера по массовке в историческом детективе «Контрибуция».

Роль отца исполнил простой сельский житель.


К своей первой картине «Мост» он сам написал сценарий и долгое время работал над фильмом со своими единомышленниками — самостоятельно, пока «Ленфильм» не принял решение поддержать проект. Сейчас постпродакшн картины проходит при полной поддержке киностудии. 

Наур Гармелиа родом из Абхазии, и поэтому он постарался отразить в картине лучшие традиции национального кинематографа.

По сюжету 10-летний мальчик живет с отцом в отдаленной деревне. Отец болен, но, несмотря на это, они вместе продолжают заниматься земледелием, разводят скотину, делают сыр. Продукты продают на рынке, который находится за рекой. Мальчик едет на рынок продавать сыр и заодно знакомится с удивительной жизнью за мостом. Городок, в котором находится рынок, разрушен войной. Она и сейчас может вспыхнуть в любой момент...

Режиссер разъясняет задачу исполнителю роли сына.

— Почему вы решили назвать картину именно «Мост»?
— «Мост» — это не только переправа, это еще и образ, который живет в душе мальчика. Мост отделяет его мир, где он живет с отцом, от другого, послевоенного мира, где чужие для него люди и непривычные события.

— Фильм очень своеобразен и по эстетике, и по сюжету. Он таким задумывался изначально или все сложилось уже в ходе работы?
— Изначально у нас было задание от мастера Сергея Снежкина — сделать немой этюд. Снять кино без текста и диалогов. Снять так, чтобы в словах не было нужды — все было понятно без них. Я решил сделать кино об отношениях между отцом и сыном. Все происходит в послевоенное время. Мы создавали некий мир, без лишней конкретизации времени и места действий. Интересно было понять, как люди восстанавливаются после войны, как растет человек в таких условиях, что видит вокруг себя. Но картина все равно про любовь.

— Ваша съемочная группа состояла из студентов?
— Да, из трех студентов. Мы все с одного курса. Съемочный период проводили после второго курса, летом. Камеру заменял обычный фотоаппарат с функцией видеозаписи.

— Кино снимали обычным фотоаппаратом?! А по изображению кажется, что съемки велись хорошей, профессиональной камерой. Очень сильное впечатление оставляют виды величественной нездешней природы...
— Оператор фильма — Иван Васильев из мастерской Николая Волкова и Сергея Ландо. Он действительно хорошо поработал. Мы старались не уходить в любование природой, чтобы не отвлекать внимание зрителя, а держать интерес исключительно на героях и сюжете. Однако Абхазия такая страна, что никуда от ее красоты не деться.

— А где вы нашли своих героев?
— Профессиональных актеров в фильме нет. Только водитель трактора играет в любительском театре комедии. Остальные — сельские жители. Для них предложение сняться в кино оказалось неожиданным, но они восприняли эту идею с энтузиазмом. Все старались помочь съемкам кто чем может. В одной из сцен фильма мы применили три метода съемок. Одна часть — игровая, другая — документальная и третья — полудокументальная-полуигровая. То есть снимали взаимодействие актеров с обычными людьми скрытой камерой. Было любопытно попробовать такой способ.

Старались показать абхазские традиции. Мне кажется, что это интересно. Хотя мы всего лишь опирались на эти традиции и местами «подправляли» их, чтоб добавить зрелищности. Зритель может подумать, что это 1990-е годы, а это и не важно, мы намеренно уходили от конкретики. Меня после просмотра фильма спрашивали: неужели все так плохо? Конечно, сейчас люди живут намного лучше. За 20 с лишним лет после войны страна восстановилась, но есть еще забытые уголки. К примеру, тот город, в котором мы снимали. Абхазия — страна очень маленькая, ее можно на машине часа за четыре всю объехать.

Мы хотели показать, как война все перемешала. То, что нельзя было раньше, можно теперь. Можно украсть, оскорбить, убить, и никто тебя не накажет. Война — это когда все можно. Война — это рай для тех людей, которые попадут в ад. 

В современной Абхазии сосуществуют три религии. Это ислам, христианство и еще сохраняющееся местами язычество. Все эти религии между собой настолько переплелись, что иногда доходит до абсурда. К примеру, христиане празднуют мусульманские праздники, и наоборот. И наш герой, путешествуя «за мост», все это видит. Он открывает для себя новый мир, привлекательный, но и опасный.

— Уроки Сергея Снежкина помогли вам в создании картины?
— Сергей Олегович помогал мне как мастер во время написания сценария. Все началось еще на втором курсе. Шло непросто, сценарий писался 7 — 8 месяцев. Было чуть больше 10 вариантов, если память не изменяет. Присылали литературный материал Сергею Олеговичу, затем отснятый, он смотрел, читал, обсуждал с нами. Пока мы его студенты, ничего не происходит без его участия. Сейчас пятый курс, мы делаем пост-продакшн. А съемки проходили, когда мы только перешли на 3-й курс.

Я хочу сказать большое спасибо киностудии «Ленфильм» за помощь при постпродакшне. Мне очень дорого внимание профессионалов к моей первой работе.

— Вы уже думаете о дальнейшей судьбе своего фильма? Может, он поедет на какой-нибудь кинофестиваль?
— За это я не волнуюсь. Главное, кино уже снято. Остались мелочи. Мы думаем, стоит ли добавить субтитры, потому что все разговоры у нас на абхазском языке. Но мне кажется, это лишнее. Тексты не несут никакой нагрузки, их мало, и все достаточно очевидно по сюжету. Больше всего я хочу показать фильм в том месте, где снимал.

Фото предоставлены пресс-службой «Ленфильма»
↑ Наверх