Газета выходит с октября 1917 года Thursday 27 июля 2017

Каукутиса бояться — в озерный край не ездить

Традиции и легенды литовской глубинки

Во времена напряженности, взаимного недоверия, переходящего во вражду, информационных войн, санкций и недружественных акций остается огромное число людей, которые были и есть вне политических распрей, для которых слово «добрососедство» еще не потеряло своего смысла. Поэтому мы так и назвали свою рубрику. Наши граждане по-прежнему ездят в соседние страны и встречают там теплый прием, происходят культурные обмены, не прекращается туризм. Итак — мы в Литве. Но не в столичном Вильнюсе, не в парадном Каунасе и даже не в любимом советском курорте Друскининкае. Мы — в не слишком известных городках.

Имена Зарасая

Первое, что вас поражает в литовском городке Зарасае, — это его герб. На синем фоне распростерлось какое-то невероятное существо с рогами и рыбьим хвостом… «Эльняжуве»! Местные знатоки, посоветовавшись между собою, как лучше объяснить вам, сходятся на том, что это — «Рыболень». Рыболень-Эльняжуве символизирует богатство природы Зарасайского района, а синева — обилие здешних водоемов. Сам Зарасай находится на озере Зарасас — и окружен семью другими. И даже его название — Зарасай — означает «озерный».

— Есть такая легенда, что в этих местах жили два великана, и был у них сын-великанчик. Его звали Эзаразас. И решили они поиграть в прятки. Мальчик спрятался так хорошо, что родители его не смогли найти. Они звали его по имени, а эхо с озера приносило им в ответ: «...Зарасай, Зарасай!» — рассказывает еще один вариант происхождения имени гид Зарасайского края Эвалдас Думбравас.

В нижней части герба, на черном фоне — меч с волнистым лезвием. Его зловещий вид недвусмысленно напоминает о том, что Зарасайский район был местом многих сражений. Тут проходили и крестоносцы Ливонского ордена, и воины Великого княжества Литовского, и великая армия Наполеона. Кстати, здесь же, в Зарасае, родился знаменитый барон Врангель, также не последний полководец. И не скажешь, что такое тихое, мирное место может быть связано с таким обилием Марсовых забав.

— В трех километрах от Зарасая три года проходила линия фронта во время Первой мировой. Вы понимаете, что означает это для маленького городка: Зарасай был практически разрушен. А что не пострадало в Первую мировую, разрушилось во время боев Второй мировой… Поэтому у нас нету «Старого города», — говорит Эвалдас Думбравас. И он прав, к сожалению: старинных домов практически не видно. Хотя все равно здания на главной Селонской площади выглядят весьма живописно. Тут и полицейский участок, и ресторан, и суд, и церковь, и учреждения. «Можно подзаработать, потом покутить на эти деньги, загреметь в участок, потом в суд — а потом пойти отмаливать грехи, и все это на одной площади», — шутят жители.

Ехать сюда не слишком долго: садишься на поезд от Витебского вокзала и едешь до станции Висагинас; занимает это часов двенадцать. В советское время сюда ездили постоянно. Местные — все, включая мэра Зарасая, — вспоминают времена, когда туристов из Ленинграда было много, как золотой век. 

Если зайти в местный краеведческий музей, то можно узнать больше об истории города… и еще об одном его названии! Оказывается, посетившему тогдашние Езёросы императору Николаю I так понравился город и окрестности, что он решил дать ему новое название — Александровск, в честь сына Александра (будущего Царя-освободителя). Но вовремя вспомнили, что в России и так уже несколько городов с таким названием. Николай уж очень любил сына. И, недолго думая, остроумный монарх назвал город Ново-Александровском. 

Кости баронов Фолкерзамбов

Не в обиду будь сказано зарасайцам — главные достопримечательности тут не в городе, а вокруг него. Чего стоит один только дуб в деревне Стялмуже. Это настоящий гигант даже среди дубов. Как огромный коричнево-зеленый осьминог, он раскинул свои ветви где-то высоко у вас над головой. А ствол… говорят, что восемь мужчин с трудом могут его обхватить.

И неудивительно, что он так огромен. Стялмужский дуб — одно из самых старых деревьев в Европе. Ему около полутора тысяч лет. По дереву видно, как оно старо: огромные провалы в стволе бережно закрыты жестяными листами, ломкие от древности ветви подперты «костылями».

Литовские язычники почитали его как священное дерево бога Перкунаса, жгли в его корнях священный огонь и приносили Перкунасу в жертву, как сказано на табличке, «бородатых козлов, снопы ржи, кувшины меда».

Рядом с дубом стоит уникальная деревянная церковь XVII века, принадлежавшая хозяевам этих мест: сперва ливонским баронам Фолкерзамбам, а после — российским графам Валуевым. В подвале церкви — крипта, где на вас глядят черепа и кости благородных хозяев...

Жаль только, что при реставрации древние стены обшили современными досками, а разрушенный мавзолей Фолкерзамбов был замурован обычным бетоном.

Бульдозер сносил кресты, а на их месте — новые

Литва помнит о своем языческом прошлом, но сейчас это католическая страна, посвященная Деве Марии. Она постоянно является литовцам: существует более тридцати официальных мест явлений. Еще одно находится недалеко от дуба, в нескольких километрах от него, у озера Ильгис. 

— В 1967 году юноша и девушка ехали мимо на мотоцикле с вечеринки. Вдруг мотоцикл заглох, и они увидели над озером огромный огненный столб, а в центре пламени – «молодую красивую девчонку». Они решили никому об этом не говорить. Но через несколько дней к девушке во сне снова пришла Дева Мария, которая велела рассказать о явлении. И уже очень скоро люди стали приходить сюда и ставить кресты — как это ни раздражало советскую власть, — рассказывает Эвалдас Думбравас. — Вечером приезжал бульдозер, сносил кресты — но утром тут уже стояли новые. А те юноша и девушка, которые видели Марию, — до сих пор живут неподалеку, правда, рассказывать журналистам об этом событии не любят. 

Католическая церковь это явление официально не признает. Однако местный священник все равно строит здесь храм.

А уж крестов и статуй Девы тут великое множество. Они — самые разные. И католические, и православные, и кресты староверов, и стилизованные под архаику, и под барокко, и даже что-то экспериментально-современное из металлических деталей… Все они увешаны огромным количеством четок-розариев, которые сюда привезли просящие о какой-то милости.

Но если у вас ничего с собой не будет — все равно советуют прикоснуться к озерной воде, которая, говорят, помогает. Мы, во всяком случае, сняли обувь и просто походили по мелководью — вода оказалась очень ласковой, мягкой. Она унесла наши заботы и навеяла добрые мысли о чем-то прекрасном.

Цеппелин не пролетит мимо рта

Мы уже говорили, что этот край — озерный, так что вода вообще здесь — главная помощница человека. Другое интересное место неподалеку — настоящая водяная мельница в самой маленькой литовской деревне Шлининке, где живут всего три человека: мельник Станиславас Веселеня, мельничиха Регина и ее мама. 

Мельнице триста лет. И хотя сейчас водяное колесо снято и она работает от электричества, за окнами все равно слышно журчание реки.

Регина — дочка старого мельника. Она с детства помнила работу на мельнице, ее после рождения взвешивали на тех самых весах, на которые обычно кладут мешки с мукой.

Уже много лет она работала с мужем в Вильнюсе в строительной сфере… и вдруг решила все поменять. Остаться здесь, на мельнице, вместе с пожилой мамой. Строительное образование помогло супругам разобраться в том, как управлять мельницей. Под грохот жерновов Регина рассказала, как просеивается зерно, как получается манная и перловая крупы, как месится и печется хлеб… Вдобавок она осыпала нас мукой — чтобы не навредили нам черти, которые, вестимо, живут здесь. Старая мельница — всегда место загадочное и связанное с нечистой силой.

— Тут живут две тысячи чертиков, которые очищают зернышки — отрывают им хвостики. Тогда получается крупа-перловка, — как ни в чем не бывало сообщила Регина.

А после была даже возможность попробовать свежеиспеченный хлеб на кленовых листьях. Уж с чем с чем, а с едой в Литве проблем нет. Местная кухня очень сытная и довольно тяжелая, так что надо стараться есть понемножку. А вот это сложно — учитывая щедрость и хлебосольство здешних хозяев. Самое запоминающееся литовское блюдо — цеппелины, огромные клецки из тертого картофеля с начинкой из фарша. Они действительно по форме напоминают  дирижабли — и по размеру тоже... 

Еду эту хорошо запивать добрым местным пивом, которое здесь варит множество пивоварен. Самая любопытная, быть может, — старинная пивоварня XVI века в поместье Васакнос, бывшей резиденции литовских князей. Она была почти разрушена, когда новые хозяева восстановили ее. Сейчас усадьба признана памятником истории, тут проводится пивной фестиваль.

Однако, как и на мельнице, здесь в старинных стенах — современное оборудование. Весь процесс изготовления пива также можно проследить на экскурсии.

Вокруг одни каукутисы

В Морском музее города Салакаса, коллекция которого была собрана одним-единственным человеком, школьной учительницей Видой Жилинскене, живет еще один персонаж литовской мифологии: домовой Каукутис. Это камень, действительно похожий на лицо чертика. Его глаза — окаменевшие кораллы.

— Шла по дороге. Вижу — лежит, смотрит на меня своими милыми глазками и просит: «Возьми меня!» Как-то смягчилось сердце, я его взяла. И пять километров пешком тащила этот камень. Он называется «каукутис». Язычники верили, что он приносит счастье и выполняет желания, если его погладить и попросить... А если не выполнит — скажите мне! Я строго его накажу, — говорит Вида.

А если кому-то захочется еще более глубокого погружения в литовскую мифологию — на этот случай существует «деревня мостков» в местечке Анталепте. Переправившись через веревочный мост с завязанными глазами, попадаешь в лес, где вокруг по кустам скачут каукутисы, а навстречу тебе выходят боги и богини местных верований и рассказывают тебе истории на певучем древнем наречии. Этот проект устроен жителями деревни; они уже несколько лет работают над повышением туристической привлекательности Анталепте, чтоб молодежи не надо было уезжать работать в большой город.

Если заехать в соседний Молетский район, тут также есть что посмотреть: и музей озерной рыбалки, где нам повезло отведать шикарной ухи — ее нужно варить 12 часов. И конюшня в местечке Дубингяй — фактически не просто конюшня, ипподром и целый зоопарк вокруг, где живут олени, кролики, страусы, кенгуру, ламы и альпаки… И здесь же, в Дубингяе — остатки древнего замка гордых Радзивиллов. И единственную в Литве астрономическую обсерваторию рядом с деревней Кулёнис. При обсерватории есть музей этнокосмологии: огромное футуристическое здание — как из романов Стругацких. На вершине его — свой телескоп, и сеанс просмотра могут заказывать все желающие. 

А жить во время этих путешествий можно в сельских гостиницах — усадьбах, которые сейчас во множестве существуют по всей Литве. Причем проживание в здешних коттеджах стоит на удивление приемлемо. Измеряется их уровень не в звездах, как обычно, — а в «аистах».

Настоящих аистов здесь тоже много. Едешь на машине сквозь поля, а вокруг — аисты, фиолетовое мелькание люпинов. Над тобой — медленное кружение литовского неба, похожего на наше, но какого-то более древнего и потому — более близкого.

↑ Наверх