Газета выходит с октября 1917 года Tuesday 23 июля 2019

Марина Смирнова: «Игла» — это какая-то загадочная история, которая произошла со всеми нами

Исполнительница одной из главных ролей вспоминает о съемках, о Викторе Цое, о музыкантах группы «Кино»

25 лет назад в городе на Неве и по всей стране прошла премьера фильма «Игла» режиссера Рашида Нугманова. Главную роль — парня по имени Моро — сыграл Цой, его девушку Дину — Марина, наша сегодняшняя собеседница.

Марина Смирнова и Виктор Цой в фильме «Игла».


Витя сыграл самого себя

— Марина, в свое время вы появились, как такая девочка-звездочка в фильме «Игла». Вспыхнули и исчезли из зоны видимости. Расскажите, чем занимались после, чем — сегодня.
— После фильма моя жизнь никак не изменилась. Я путешествовала, какое-то время провела в Германии. Родила дочь. 10 лет проработала на радио. Вела свою программу на канале «100ТВ». Параллельно вернулась в профессию — по образованию я архитектор, занимаюсь дизайном интерьеров. Сегодня изредка веду мероприятия, такие, например, как «20 лет без «Кино». Принимаю участие в поддержке и продвижении каких-то музыкальных групп. В кино, кроме роли в картине «Игла-ремикс» (фильм, снятый Рашидом Нугмановым в 2010 году. — Прим. авт.), больше не возвращалась, поскольку артисткой себя никогда не считала.

— Фильм «Игла» вышел четверть века назад. Тем не менее к нему хочется возвращаться, о нем хочется говорить. Он притягивает как магнит. Почему, как вы думаете?
— Это заслуга исключительно Виктора Цоя. Плюс особое время — это ведь был невероятный прорыв с точки зрения изобразительных средств, темы. И потом, вы понимаете, Витя так быстро ушел из жизни, что о нем почти не осталось видеоматериала! Никто ведь не ходил тогда с фотоаппаратом наперевес и тем более — с камерой…

— Виктор Цой похож на своего героя — Моро?
— Да. Рашид не ставил нам задачи играть кого-то. Может быть, в его роли присутствует чуть-чуть героический пафос. Но в целом я смотрю — Витя, каким я его знала. Я вполне представляю эту историю в его жизни.

— А насколько вы схожи со своей героиней?
— Я — меньше. Во-первых, потому что я ярый противник наркотиков в любом их виде. А во-вторых, мой персонаж не обозначен четко. Он играет больше вспомогательную роль. Я не пыталась какой-то образ создать — девушка и девушка.

Сегодня очень много ярких людей

— Какие-то наиболее яркие эпизоды вы можете вспомнить из тех киносъемок?
— Все было интересно. Алма-Ата — гостеприимный, добрый город. Дорога в Аральск — долгая-долгая, казалось, континент должен кончиться. Вымирающее море — как оно могло так быстро уйти? Фантастические марсианские пейзажи. Селение заброшенное, где, по сюжету, мы проводим три недели и где жили только единственная старуха и единственный старик — он потом в кадре приносит нам молоко. Или корабль тот в пустыне, который мы нашли с Витей совершенно случайно: шли, шли, вдруг видим — корабль вырастает из-под земли!..

— Вы часто бывали после съемок в Казахстане?
— Два раза. Во время презентации фильма «Игла-ремикс». И месяц назад — на юбилее Казахской киностудии. Нынешнее посещение — это вообще был флешбэк невероятный! Я встретила людей, с которыми вместе работала и которых не видела много лет, а некоторых, увы, уже и не помнила. Была очень теплая встреча. А вместо Вити рядом со мной был его сын — Саша Цой. Мы гуляли, и в какой-то момент мне даже показалось, что это Витя, как будто и не было всех этих лет! «Игла» — это даже и не кино, а какая-то загадочная история, которая произошла со всеми нами…

— В этом фильме вы работали (да и дружили) с Виктором Цоем, Александром Башировым, Петром Мамоновым. Что отличало людей той волны? Что им было присуще?
— Свобода, конечно. От рамок, от обстоятельств. Желание не зависеть ни от чего. А почему они выглядят такими яркими? Потому что их мало было. А сейчас таких людей много. Поколение 80-х, 90-х. Я общаюсь с современными молодыми людьми и вижу, насколько это талантливые, невероятные, классные, знающие, что и зачем они делают и чего хотят, ребята.

— Сегодня как раз говорят о недостатке больших талантов, ярких, самобытных персонажей...
— Их много. Просто информационное поле, в том числе музыкальное, настолько насыщенно, что яркое в этом потоке теряется. Ты не понимаешь, что первично, что вторично, чему стоит уделить внимание, чему нет. Пожалуй, выделю среди прочих питерскую группу  «Cats Park», с которой мы коротко сотрудничали. Их отличает необычайная требовательность к звучанию, к качеству, к себе в целом. Отсюда и превосходный результат. Саша Цой в свое время обратил мое внимание на группу «Ongkara» — отличная команда, тоже наша, питерская. Ярких ребят много, другое дело, что в фестивалях участвуют одни и те же коллективы, перемещаясь с одной площадки на другую, а остальных мы просто не видим. Но это уже вопрос к организаторам музыкальных событий. Тут некая инертность наблюдается.

Он ничего с серьезным выражением лица не делал

— К 50-летию со дня рождения Виктора Цоя Наталья Разлогова сняла очень  важный, на мой взгляд, документальный фильм — «Цой Кино». Историю, как 27-летний Саша Цой впервые встречается с музыкантами группы отца. Как впервые за эти годы Каспарян, Гурьянов и Тихомиров играют вместе — неизвестную ранее песню Цоя «Атаман». Даже сложно припомнить фильмы, снятые так живо и непосредственно и в то же время обладающие такой эмоциональной силой. Что вы скажете об этой работе?
— Я не могу этот фильм объективно оценить. Необычно то, что здесь впервые появился Саша Цой. А в целом — как будто вместе собрались мои близкие друзья, попили чай на кухне и кто-то это заснял. Мне интереснее услышать, как вы оцениваете такие фильмы. 

— Саша похож на Виктора?
— Внешне  — больше на Марьяну. На Витю он похож таким же хорошим чувством юмора, прекрасным музыкальным вкусом. Движениями, пластикой. И ведь он красивый очень! Витя тоже был такой...

— В этом фильме Наталья Разлогова любопытно характеризует музыкантов группы «Кино»: Георгий Гурьянов — воплощенный стиль, Юрий Каспярян — воплощенный слух, Игорь Тихомиров — воплощенная четкость, Виктор Цой — воплощенный смысл. А как бы вы их охарактеризовали?
— Георгий Гурьянов, безусловно, определил стилистику группы «Кино». Он, как говорят сейчас, был иконой стиля. У него всегда сосредоточивалась вся ценная музыкальная информация, которую было почти не достать. Он был воплощением духа времени. Если бы не Георгий, группа выглядела бы иначе. И с его уходом (Георгий Гурьянов ушел из жизни ровно год назад. — Прим. авт.) художественный мир потерял многое. Каспаряна могу поставить на первое место в группе по силе его музыкальной мысли. Он выражал максимально ясно и точно каждую мысль, ни одной лишней ноты! Считаю его выдающимся гитаристом всех времен, музыкантом мирового масштаба. И по тем мыслям, которые он нес в «Кино», и сейчас, у Бутусова, — он редкое явление! С Тихомировым я мало знакома. Он мастер своего дела, человек-порядок. А Цой… Наташа знает, что говорит. Не буду повторяться. Проводник смыслов.

— А что наиболее всего было присуще Виктору Цою, какие черты?
— Ирония. Во всем. Какой-то легкий взгляд на любую ситуацию. Постоянная улыбка. Да и посмотрите на его музыку — в ней нет «тяжеляка», нет нравоучений, навязывания…

— А как же герой нашего времени, человек в черном, бунтарский образ?
— Это именно образ. Ни к своим песням, ни к самому себе он не относился серьезно. Мне кажется, он даже не осознавал до конца их смысл. Просто писал, и все. Он вообще ничего с серьезным выражением лица не делал. Легкость и невесомость.

Кстати

— Песню «Когда твоя девушка больна» Витя написал, глядя на нас с Каспаряном. Мы тогда встречались. Мне нездоровилось, я постоянно лежала дома. Юра ухаживал за мной и несколько раз куда-то не смог прийти. Сначала эта была песенка-шутка. И только потом она стала песней-песней…

Фото из архива Марины Смирновой
↑ Наверх