Газета выходит с октября 1917 года Wednesday 20 ноября 2019

От Сони ШОКОЛАДОВОЙ:

— Хочу поделиться наблюдениями за двойными стандартами. Возвращаюсь на днях из Москвы в Питер поездом, тащу по платформе свой чемодан, любуюсь парочкой разнополых проводников, стоящих впереди — у СВ-вагона. Я-то в пуховике, замызганном столичной непогодой, а эти оба в дивных форменных пальто. Кантики, кепи, обшлага — РЖД держит фасон...

На этой моей мысли о зимнем форменном обмундировании проводница отчаливает от коллеги с громкой репликой: «Ну, я пошла на охоту!» И — так вальяжно на каблучках по платформе... И — ко мне, самым интимным тоном: «Девушка, не желаете отдельное купе?»

В Москву ехала — с тем же тихим вопросом шелестела по коридору обычного купейного вагона другая дама, тоже в кантиках. Цена ее вопроса была: две тысячи рублей. СВ-вагоны, понимаете ли, идут пустопорожними. Через кассу места в них покупать дорого, а мимо кассы — вполне приемлемо...

Миновала обычный вагон со своим предложением приватных услуг эта дама — следом за ней другая, разносчица снеди: «Покупайте орешки, чипсы, пиво!» Стоп, думаю еще по пути в Москву, какое пиво в поезде? Разве распитие в поездах не запрещено?!

О том, что оно (распитие) не только не дозволяется, но и преследуется, я за пару дней до этой дальней поездки узнала в ближней. В пригородной электричке. Там мой попутчик, обычный такой дядечка, приложился к баночке с пивом. Ну, едет себе человек усталый с работы, жажда одолела. Едет, прихлебывает, допил, баночку рядом с собой на скамейку поставил. Не на пол бросил. А тут в вагон — раз, и полицейский с полицейской нагрянули.

«Давай документы, сейчас мы тебя высадим, закон нарушаешь, на железной дороге распивать запрещено», — крику было от этой пары, не передать.

— Документов при мне нет, носить с собой не обязан, — говорит тот, кому они «тыкали». — А у вас нет улик. Вы видели, как я употреблял? Не видели. Пассажиры, вы видели?

— Нет, — дружно загудело полвагона.

В общем, иных документов, кроме билета, при пассажире нет, свидетелей нет, улик нет. Значит, едет пассажир законным образом, ничего не нарушает — и полицейский с полицейской, ругнувшись на прощание, побежали далее по вагонам: ловить других, не столь подкованных распивающих.

Форменный хаос — или модель российского беспорядка —

в пределах отдельно взятых рельс железных дорог...

↑ Наверх