Газета выходит с октября 1917 года Monday 18 марта 2019

От Светланы Яковлевой: Апрель-то, конечно, будет, но принесет ли он нам счастье...

— Еду в автобусе. Объявляют: «Следующая остановка — улица Цветочная». За окнами пыль и серость, хотя на ярко-голубом небе ни облачка и солнце в зените. Просто Цветочная находится в промышленном чреве Петербурга, где мрачно громоздятся уродливые корпуса разных фабрик и заводов. Вглядываюсь в окружающий пейзаж сквозь пыльное стекло: на улице Цветочной не видно ни одного деревца.

Приехав домой, залезаю в Интернет на сайт «Почему так названо». Оказывается, наименование улица получила 5 марта 1871 года, как указывалось в постановлении, «по бывшим рассадникам цветов и растений Ботанического сада». Значит, еще 150 лет назад на месте этих ужасных мрачных строений, многие из которых, кстати, сегодня пустуют, потому что заводы и фабрики позакрывались, благоухали цветники, порхали бабочки и пели птицы. Наши прабабушки еще могли всем этим любоваться. А нам досталось одно название. Кому сегодня придет в голову прогуляться по улице Цветочной просто так, для удовольствия? Там воздух пропитан автомобильными выхлопами пополам с пылью, а вокруг лишь грязный асфальт да глухие стены.

Для чего мы уничтожаем природу и все больше затягиваем горловину каменного мешка под названием город? Как ни странно, для счастья. Так нам кажется. Мы хотим комфортнее жить, вкусно есть и красиво одеваться. И поэтому строим и строим и выпускаем все больше машин. И поэтому теперь наша привычная среда обитания — выхлопы, асфальт и камень. Цветы нам привозят из-за границы. Они без запаха. И мы уже забыли запах естественных цветов. Мы болеем, мы страдаем стрессами, мы впадаем в отчаяние в этом каменном мешке — и все равно все стремятся сюда. Зачем? За счастьем. Потому что в деревнях нужно жить общинами и большими семьями: один за всех и все за одного, и нужно много трудиться. Большие семьи уже редкость, и много трудиться никто не хочет. У моей бабушки было семь детей, у мамы я одна. В пыльных каменных мешках мы отчаянно боремся за повышение рождаемости: экстракорпоральное оплодотворение и все такое...

«Чем же все это закончится? — поется в одной оптимистической песенке. — Будет апрель. — Будет апрель, вы уверены?— Да, я уверен». Апрель-то, конечно, будет, но принесет ли он нам счастье, вот в чем вопрос.

↑ Наверх