Газета выходит с октября 1917 года Friday 14 августа 2020

От Виктории Чернышевой: Улыбка сходила с моего лица только на ночь

— Захожу недавно в вагон метро, двери закрываются, и, заглушая стук колес, парень неславянской внешности начинает терзать баян. От такой какофонии звенело в ушах — хотелось дать денег, чтоб замолчал. Наконец он двинулся по вагону, и я с облегчением вздохнула. Однако рано. Тут же, конкурируя с удаляющимся баянистом и шумом метро, завопила приличная с виду дама. Как, мол, ей все эти попрошайки и понаехавшие надоели. И не просто ей — она говорила «нам» и «мы», от имени всей страны. Помянула не только мигрантов, но и Крым, и правительство — разве что господа бога не тронула. Моя вежливая просьба замолчать вызвала новую бурю проклятий — на сей раз уже в мой адрес. Перегон, к несчастью, был длинный. 

На следующей остановке я предпочла перейти в другой вагон. Музыкант сделал то же. Да уж, поездка удалась, не то слово, чертыхалась я, подходя к эскалатору. Скорей бы на улицу. И тут вдруг девушка, ставшая на ту же ступеньку, что и я, мило улыбнулась мне. Я занервничала: почему она мне улыбается? Вроде я ее не знаю, и даже в одном вагоне мы не ехали. Чтобы это значило? Но в следующее мгновение ситуация прояснилась: девушка заговорила со своим спутником по-английски. Да, в нашем городе только иностранцы улыбаются тебе просто так. Мне стало неловко за свой сумрачный вид, за неготовность ответить на улыбку, за комплекс подозрительности. И почему мы такие озлобленные, недовольные, мрачные? Ведь дело не в том, что у нас политическая нестабильность и экономический кризис, а у них все в шоколаде. Доброжелательность не от этого зависит. 

В Непале, например, стране, где большая часть населения живет почти что в средневековье, — самые доброжелательные люди, которых я когда-либо встречала. Они постоянно улыбаются, складывая руки в приветственном жесте — намасте, дети бегут следом с криками «hello!», даже туристы приветствуют друг друга при встрече в кафе, автобусе и т. д. И знаете, это заразительно: недели через две я говорила «намасте» или «hello» по сто раз на дню, а улыбка сходила с моего лица только на ночь — передохнуть. 

К сожалению, после возвращения в Петербург все опять вернулось на круги своя. И только порой кто-то, подобно той девушке на эскалаторе, напомнит о том, что можно просто так улыбаться оказавшемуся рядом человеку.

↑ Наверх