Газета выходит с октября 1917 года Thursday 23 мая 2019

«Под этим подписался бы сам Володя»

Так говорила Лиля Брик о работе Георгия Ковенчука

В галерее искусств «K Gallery» открылась выставка «Гага рисует «Клопа». Нарочито загадочное для непосвященных название выставки расшифровывается просто. Гага — это знаменитый петербургский художник Георгий Ковенчук, чьи работы есть и в собрании Третьяковки, и в коллекции Русского музея, работавший в «Боевом карандаше», иллюстрировавший «Записные книжки» Ильфа. А «Клоп» — это, само собой, феерическая комедия Владимира Маяковского, которую сорок лет назад проиллюстрировал Гага.

По стенам галереи висят иллюстрации. Пьер Скрипкин с баками и коком, какие-то вилки, рюмки, селедочные хвосты — археологические остатки, раскопанные той самой строительной бригадой. «Наших дней разгребая потемки». От картинок с «клопами» веет каким-то веселым ницшеанством, будто бы рисовала рука самого Маяковского. Это сходство — абсолютно органическое, естественное, не натужное.

— Был 1969 год. Мне просто позвонили из издательства «Искусство» и сказали: «Мы хотим вам заказать подарочное издание «Клопа» к 80-летию Маяковского. Я, конечно, очень обрадовался, — рассказал мне художник.

— У вас стилистически получается очень похоже на работы самого Маяковского…
— Потому что мой дед Николай Кульбин — футурист. Он плотно общался с Маяковским. Они же все работали вот в таком лаконичном духе. Я с дедом, правда, этого не имел возможности обсудить, потому что он умер в 1917 году.

Дерзкая эстетика 20-х напугала издателей. У «Клопа» случились проблемы — книгу назвали «порочной». В 1973-м, в юбилейный год, ее не издали. Гага поехал в Москву отстаивать свои права художника. Там произошло необычайное событие: его познакомили с Лилей Брик, музой и, что называется, роковой любовью Маяковского. Причем художник даже не знал, что она еще жива. Лиля Юрьевна пригласила Гагу к себе, одобрила макет и даже сказала, что «под этим подписался бы сам Володя».

Тут весь пафос Маяковского как на ладони.

Сам Гага не очень хотел говорить о Лиле Брик. Охотнее поделилась воспоминаниями супруга, художник и актриса Жанна Ковенчук:

— Мы приехали к Лиле Брик. Это было уже незадолго до ее смерти. У нее была чудесная квартира, небогатая, но очень уютная. У талантливых людей дома может не быть богатства, зато есть красота. Там были всякие памятные предметы, подаренные ей когда-то знаменитыми людьми.

Приняла она нас очень ласково, угостила. Продукты у нее были из «Березки»: шикарная икра и тому подобное. Мне она наговорила комплиментов. «Это на тебе платье от Диора?» — спросила она. А платье было сшито дома. Ей очень понравилось. Лиля Юрьевна сама любила выглядеть элегантно, и дома тоже выглядела шикарно — в роскошных бусах, с бриллиантовыми кольцами. Она была широко образованным человеком, но не кичилась этим. С ней было просто и интересно. Как от других идет аромат духов, так от нее веяло чем-то простым, свежим, талантливым и молодым. Было понятно, почему в нее был влюблен и Маяковский, и все остальные — до старости в нее влюблялись. В ней было что-то притягательное. Ее можно было спросить о чем угодно. «Лиля Юрьевна, когда вы себя почувствовали старой?» — «Что ты говоришь, я еще не старая». — «Ну ладно, как это вы не старая». — «После семидесяти…» Она не обижалась на такие вопросы, потому что любила искренность, честность и отсутствие снобизма. Гаге она очень помогла морально. Сказала, что Маяковский подписался бы под этим макетом. Потом она познакомила его с Симоновым, который решительно заступился за книгу. «На меня только не ссылайтесь, начальство меня не любит», — просила она.

Сразу вспоминаются окна РОСТА.

Заслуженный писатель оказал книге и иллюстратору поддержку, которая оказалась решающей. «Клоп» увидел свет год спустя после юбилея — это было четвертое отдельное издание комедии и первое иллюстрированное. Иллюстрации вызвали такой резонанс, что на основе их было поставлено сразу несколько спектаклей — в Ленинграде, в Польше и в Париже.

В этом году Маяковскому — 120, а Ковенчуку — 80. У того издания «Клопа» тоже юбилей: ему исполнилось 40 лет. Вдобавок здесь выставлены и 25 новых шелкографий Георгия Ковенчука на ту же «клоповью» тему.

— У меня никогда не было никаких презентаций, — говорит Гага. — И вдруг ближе к моему столетию они стали появляться. И сейчас я прямо плачу от счастья. В прошлом году тоже была презентация, потому что в Японии про меня вышла книжка «Gaga is gaka». Вы не подумайте плохого. «Гака» по-японски — художник. Знакомая японка все спрашивала Жанну: «Почему вы мужа называете по профессии?»

И еще одно важное: в галерее продается книга «Гага рисует «Клопа», посвященная всей этой истории. К ней прилагается диск, а на нем — запись беседы художника с Лилей Брик. Последняя ее запись, сделанная 30 апреля 1978-го. В августе того же года Лиля Брик умерла.

Г.В. Ковенчук (Клоп) 2013 год, шелкография

На открытии включили эту запись. Но за гомоном «уважаемых товарищей потомков» было не различить, о чем говорит Лиля Юрьевна. Наверное, в этом есть что-то символическое.

Выставка продлится до 23 декабря.

↑ Наверх