Газета выходит с октября 1917 года Sunday 21 апреля 2019

Серафима Саханович: Не могу прыгать «без руки»

Питерская фигуристка, вице-чемпионка мира среди юниорок рассказала «Вечёрке» о своих секретах и дальнейших планах

Наши одиночницы произвели очередной фурор. Не успели российские любители фигурного катания насладиться красочным соперничеством соотечественниц на чемпионате Европы, как то же произошло на юниор­ском мундиале в Таллине. Там золото и серебро завоевали ученицы Этери Тутберидзе — Евгения Медведева и Серафима Саханович. К слову, Саханович, получающая ныне пропуск во взрослый сезон, — «продукт» питерской школы. Хотя и переехала в Москву.

— Серафима, сложно ли вам дался переезд в столь юном возрасте в Москву? Вы уже успели адаптироваться к новым условиям?
— Да, полностью. Ведь каждый день — одно и то же. Тренируюсь в одной группе с Юлией Липницкой и Евгенией Медведевой (чемпионкой России и мира среди юниорок — 2015. — Ред.). Но никаких общих движений с Юлией, которые я будто бы совершаю на льду, за собой не замечала. У нас прекрасный коллектив: никто никому зла не желает. И внимания хватает всем, даже совсем маленьким девочкам и тем, кого еще не взяли в группу. Я ни разу не пожалела о переезде в столицу.

— А в чем была причина переезда? В Питере сложнее стало разучивать многооборотные прыжки?
— Я приехала в Москву с хорошей, даже больше — с шикарной техникой, которую поставила мой бывший тренер (Алина Писаренко. — Прим. авт.). И технику в столице не переставляли. Я вообще считаю, что у меня были два самых лучших тренера — питерская и нынешняя, Этери Тутберидзе.

— А как насчет ритма жизни? Ведь в Петербурге она более размеренна, в столице — суетлива, да и в пробках на дорогах стоишь чаще...
— Насчет пробок ничего не знаю: я живу в трех минутах ходьбы от катка. Но это в Питере были любимые места, где можно побродить по набережным и расслабиться. В Москве погулять даже негде.

— Неужели не нашли себе в Москве подруг?
— Почему же? Они у меня были — та же Евгения Медведева моя лучшая подруга. Мы с ней гуляли по Арбату, и это, пожалуй, единственное место в столице, где мне понравилось.

— Смотришь на вас и думаешь: так ведь это же Липницкая на льду...
— Нет, хотя мы в одно время с ней тренируемся.

— Что помогает вам справляться с волнением на льду?
— Как ни странно, когда я активно настраиваюсь на прокат, у меня что-то да не выходит. Поэтому, как и Евгении Медведевой, мне помогает музыка. Но это смотря какую музыку я слушаю перед стартом: если медленную, то на лед выхожу засыпая, как это было в Таллине во время исполнения короткой программы. О, теперь я понимаю: надо слушать хеви-метал. ...А еще родители, друзья звонят и пишут мне, я отвлекаюсь — вот по скайпу мне мою собаку показали, это тоже здорово настроило.

— Расскажите о том, как создавалась ваша произвольная программа с претенциозным названием «Я люблю, я ненавижу вас». Что вы вкладывали в содержание проката, какова была трактовка образов?
— Это история о том, как девушка, проснувшись, нашла возле себя не своего любимого, а записку с прощальными словами. Я играю эту роль — и расстраиваюсь, страдаю, не хочу его отпускать, перечитываю записку снова и снова. А потом понимаю, что можно найти человека лучше. Я танцую и веселюсь, потому что забываю о прошлом.

— Но неужели вам действительно уже сейчас близка тема любви и ненависти?
— Наверное, просто название программы звучит слишком громко. Я не могу кого-то ненавидеть. Но думаю, тема мне все же близка. Правда, по-своему: я вкладывала в эту композицию все, что я люблю, но без чего можно прожить и соответственно — отпустить. Я уж пострадаю, пострадаю, а потом подумаю: ну ладно, не очень-то и нужно было. А раз так, то зачем это мне?

Прыжок «с рукой»

— Ну а какую музыку планируете взять для композиций в следующем сезоне? Может, есть особая мечта?
— Как таковой «музыки мечты» у меня нет. Но мне безумно нравится мелодия из саундтрека к сериалу «Пино». Вообще я странная — всегда мечтала выступать под музыку, которую используют мальчики. Она такая мощная! Я не уверена, правда, что выкатаю под такую музыку, но это действительно сильно.

— У вас оригинальная манера прыгать — поднимая одну руку над головой. Откуда это? И насколько трудно было овладеть подобным стилем?
— Научиться этому несложно. В прошлом сезоне я уже исполнила несколько прыжков с рукой, поднятой вверх, в этом — уже все. Это оказалось легче и удобней, меня выше толкало. Ну а затем, когда я возвращалась к старой манере исполнения элементов, они либо получались плохо, либо я падала на приземлении. Хотя некоторые люди удивляются и говорят, мол, это некрасиво. Но я уже не могу «без руки» прыгать.

— В Питере Елизавета Туктамышева тем временем несколько раз успешно прыгнула на тренировках тройной аксель — женский элемент ультра-си. Вы собираетесь его разучивать?
— Нет. Мне бы дупель для начала научиться прыгать чисто. Если серьезно, тройной аксель для меня нечто заоблачное, из фантастики — я даже не пыталась пробовать его исполнить. Зато уже заходила на четверной сальхов. Хотя и это было очень странно: приземлилась на передний ход на выезд. В межсезонье приступлю к разучиванию тройного тулупа и сальхова. Тулуп делать страшнее, потому что при заходах на него, случается, конек слетает с ноги. Но выбора нет.

— В будущем сезоне вы имеете возможность выступать на взрослом уровне. Признайтесь, Серафима: а уже прикидывали, кого из нынешнего женского состава в сборной можете подвинуть — Аделину Сотникову, Анну Погорилую, Елену Радионову или же саму Елизавету Туктамышеву?
— Нельзя определенно утверждать. Смотря кто как из нас будет кататься в следующем сезоне. Межсезонье — большая сложность. На отдыхе удерживать себя в спортивной форме и правильно восстановиться — непросто. Хотя я, к примеру, в отпуске стараюсь себя не распускать, чтобы распрыгаться с началом первых же соревнований.

↑ Наверх