Газета выходит с октября 1917 года Thursday 23 мая 2019

Сергей КРИКАЛЕВ: Если говорить о национальной идее, то давайте сделаем в космосе космодром

Герой Советского Союза и Герой России, рекордсмен Земли по суммарному времени пребывания в космосе Сергей Крикалев озабочен тем, что желающих отдать свои силы, время и здоровье космонавтике становится все меньше.

«Мы должны привлекать мечтателей в нашу отрасль, чтобы они двигали ее дальше», — заметил во время Экономического форума Сергей Константинович, а «Вечёрка» тут же поинтересовалась: что делать, чтобы вернуть астрономию в школы?


— Я бы начинал с того, что надо развивать внешкольное образование. В наше время ведь тоже были дополнительные занятия: всякие кружки — исторические, химические, физические, кто-то танцами занимался. Из того, что можно сделать реально, — это начать изучать астрономию как факультативный предмет, потом можно все систематизировать, развить масштабы этого дела, увлечь ребят, а дальше пытаться ввести в школьную программу. Но убеждать сейчас Министерство образования, что надо ввести астрономию в школу, — это очень длинный путь.

— То есть опять все будет держаться на энтузиазме отдельных учителей-одиночек?
— Да, надо начинать, собирать энтузиастов. К сожалению, у меня нет возможности влиять на это, но все, что от меня зависит, я пытаюсь сделать. 

— Сергей Константинович, вы выступали за создание центра пилотируемых программ…
— Да, я вносил предложения, чтобы создать такой центр. Потому что пилотируемая программа сейчас разбросана: у нас одни занимаются подготовкой, другие — управлением, третьи — пусками. Идеологии как таковой нет…

— Может ли помочь коммерциализация космической отрасли?
— Когда-то все делало государство, а потом государство сказало: какие-то части, «железяки», например гироскопы, пусть делают коммерческие фирмы. Потому что эти гироскопы нужны не только космосу, но и кораблям, самолетам. И коммерсанты начали их делать, процесс стал предсказуем и финансово обоснован. Но никакая коммерция не будет строить гиперзвуковые аэродинамические трубы, никакая коммерция не будет вкладываться в фундаментальную науку. Потому что результат труднопредсказуем, хотя он есть во вложении не в одну какую-то часть, а в сто направлений, например. Из этих ста — 90% никакого экономического эффекта не дают, но зато три процента из оставшихся десяти дают такой эффект, который покрывает все. И поскольку неизвестно, какие три процента из ста дадут такой эффект, ни одна коммерция в это дело вкладываться не будет. Ведь вероятность того, что ты пролетишь, — 90%, а то и больше. И только государство, которое может делать масштабный проект, где все усредняется и суммарно дает выгоду, только оно может это сделать. Поэтому я и говорю, что такие вещи, как пилотируемая космонавтика, дальний космос, фундаментальная наука, должны финансироваться и поддерживаться государством. Чиновники должны понимать, что все это в среднем дает прибыль… А когда начинаются разговоры — вот эта часть невыгодна и эта невыгодна, — в результате у нас ничего не работает.

— Но сейчас модно говорить, что надо вкладываться в человеческий капитал…
— Проводя анализ того, почему так хорошо развивается Китай, эксперты пришли к выводу: китайцы, во-первых, накормили людей, а во-вторых, они их начинают учить — и вложение в обучение им дает такую отдачу. Приведу любопытный пример. Лет 20 назад, когда сравнивали Индию и Китай в плане профтехобразования, то в Индии тогда было двенадцать тысяч ПТУ, а в Китае — пять тысяч. Сейчас в Индии их 50 тысяч, а в Китае — 500 тысяч, то есть китайцы сделали упор на проф­техобразование. Это то, что сейчас делают немцы, — берут на завод рабочего, но прежде чем позволить ему закрутить гайки на «мерседесе» или «БМВ», посылают его на обучение, и он учится работать на станке, правильно затягивать ключом гайки и т. д. В результате немцы имеют высококачественных технических специалистов. А у нас все профтехучилища, которые были, помножили на ноль.

— Но теперь их реанимируют… 
— Правильно, но надо все делать с умом. Главное — нам нужны реальные задачи. Если, например, говорить о национальной идее, то давайте сделаем в космосе космо­дром, который позволит из ближнего космоса лететь дальше. Это достойная задача. Но когда нам говорят: вы нам распишите бизнес-план на ближайшие десять лет, можно сразу заканчивать разговор. 

«Доля астрономии в науке — мизерная»

Руководитель российской команды — участницы международной олимпиады по астрономии Борис ЭСКИН тоже удивлен, что астрономии не нашлось места в школьной программе 

— Интереса детей к астрономии нет, потому что они не знают, что это такое. Информации тоже практически нет, а если на нее наткнешься, то не обратишь внимания. Раньше космонавтика была везде и отношение к космонавтам было восторженное. А сейчас даже не знают, полетела китайская космонавтка в космос или нет…

— Наверное, надо все-таки популяризировать космическую отрасль…
— Вопрос популяризации довольно сложен. Есть такая интересная штука: если брать интернет-ресурсы, то на различных порталах существует раздел «Новости науки». И мы специально смотрели и обнаружили, что от 30 до 50% — астрономические новости: взорвалась звезда…

— Или прошла Венера по Солнцу…
— Абсолютно верно. При этом доля астрономии в самой науке — мизерная, потому что количество астрономов в мире — 20-30 тысяч. Да и они в отличие от тех же физиков, которых в мире миллионы, все знакомы. Так вот, 98% астрономических новостей — переводные, они переводятся электронными переводчиками, и встречаются такие смешные ляпы… Ну например, астрономы открыли в центре галактики черную дыру, в которой миллионы солнц… Один наш профессор прочел эту «новость» и стал смеяться: «Ребята, ее открыли тридцать лет назад!» Главное то, что когда кто-то помещает такие новости на сайте, он очень редко консультируется с профессионалами.

Но я хочу сказать о другом: со всей России в Петербург съехались ребята — 30 победителей, призеров Всероссийской олимпиады по астрономии, которая прошла в апреле. На этих сборах сформирована сборная России, которая поедет осенью на международную олимпиаду в Южную Корею. 

Очень странно: предмета в школе нет, а олимпиада по нему есть…
— Эта олимпиада, по большому счету, живет за счет того, что есть международная олимпиада — мы в ней участвуем, постоянно привозим медали, и именно это обстоятельство не дает возможности закрыть Всероссийскую олимпиаду.

— А если бы астрономию изучали в школе, еще бы больше медалей привезли?
— Вообще это отдельный вопрос — надо ли изучать астрономию. Понятно, что изучать ее надо. Но в том виде, в каком ее изучали когда-то, — это бессмыслица. Это говорит вам человек, который занимается астрономией 20 с гаком лет и работает в Университете на матмехе, на кафедре небесной механики. Сейчас части астрономии вложены в учебник физики, но сделано это так топорно, что лучше бы этого не было. У меня есть несколько идей, надеюсь, они будут реализованы…

Фото Натальи ЧАЙКИ
↑ Наверх