Газета выходит с октября 1917 года Friday 23 октября 2020

Стихов и света кутерьма

— Это немножко странно сегодня звучит

Но тем не менее... — проговорил со сцены заслуженный артист России Юрий Сергеевич Лазарев — как бы себе самому. 

И начал читать:

 — В сто сорок солнц закат пылал, 

в июль катилось лето, 

была жара, 

жара плыла...

Плыли по небу тучки

Он и читал Маяковского с жаром — профессиональным, хорошо поставленным актёрским жаром, так что хотелось ему поверить. Но вот погода стремилась доказать нечто совершенно обратное. С утра шёл мелкий частый холодный дождь, а на небе как будто установились вечные сумерки. Как будто природа решила по-своему отметить 120-летие со дня рождения поэта. Как будто говорила: раз это светило нашей поэзии закатилось, нарушило их со светилом уговор о посменной вахте — так и настоящему златолобу нечего показываться.

И всё-таки даже при таком противодействии стихии оплот культуры — библиотека Маяковского — не могла не отметить день рождения своего, так сказать, святого покровителя. Во дворе библиотеки был устроен так называемый «Маяковский-fest». Правда, из-за дождя часть программы спешно перевели в помещения.

Но для самых стойких на сцене шли один за другим спектакли.

Юрий Лазарев прочитал ещё поэму «Хорошо!». Тут больше было соответствий: немногочисленной публике, сыреющей под зонтиками, стоило глянуть вокруг — и как-то вполне верилось, будто «дул, как всегда, октябрь ветрами, что дуют при капитализме».

 — Раньше, в советское время, в конце чтения нужен был подъём: «Уже — при социализме!» — поделился Юрий Сергеевич наблюдениями. — А дальше были овации, потому что социализм победил. Но мы-то с вами знаем, что было при социализме — и чего не было. Поэтому сейчас кричать «Да здравствует социализм!» — наверное, нетактично и негоже.

Но вслед за ушедшим со сцены Юрием Лазаревым раздавались в основном одни восклицания. Актриса Екатерина Лесова (в красной косынке) прочитала литературную композицию «Тучкины штучки». Артист Александр Койгеров (в белой рубашке) исполнил литературный спектакль «Такой большой и такой ненужный. Владимир Маяковский». Не сговариваясь, оба оратора сочли, что лучшей данью Маяковскому будет как можно более бурная декламация как можно большего количества стихов поэта за отведённый отрезок времени. Получалось что-то приближенное к празднику в сельском доме культуры. Впрочем, это не стало пощёчиной общественному вкусу — публика честно держалась до конца и даже хлопала. Трудно сказать, как бы отреагировал на такое чтение сам автор. Но казалось, что такой тип экзальтированности больше подошёл бы к дню Достоевского (который, впрочем, минул совсем недавно).

На бабочку поэтиного сердца

Не выдержав, корреспондент «Вечёрки» убежал в соседний двор. 

Там тоже было на что посмотреть. Меж мокрых ветвей деревьев были натянуты красные транспаранты с лозунгами. По периметру были расставлены стенды «Маяковский и его эпоха» (с фотографиями Маяковского), «Поэтические образы Маяковского в пространстве Петербурга» (с фотографиями Петербурга) и конкурса компьютерной графики «Маяковский. Послесловие...», где вывешены были разные попытки электронной интерпретации образа — от футуристично-смелых плакатов до банально-некрасивых коллажей.

В углу у гаража толпились посетители. Там шла ставшая уже традиционной на наших литературных праздниках игра-квест: стояли стенды с заданиями. За победу в квестинге полагались призы — книжки; и совсем необязательно это были стихи Маяковского. 

В другом конце двора дети были заняты настольными играми. Правда, кажется, сюжеты игр не были связаны с Маяковским. Но поэт наверняка бы одобрил тихие интеллектуальные занятия детворы и включил бы в свои стихи как пример «что такое хорошо».

На крыльце библиотеки дети и молодёжь иллюстрировали методом трафаретной живописи стихи Маяковского под руководством Ларисы Бакшиновой, преподавателя кафедры культурологического образования Санкт-Петербургской академии постдипломного педагогического образования. 

Девушка иллюстрировала стихотворение «Как живые, в нашей книжке слон, слониха и слонишки». Слон был коричневый, а слониха — розовая. И впрямь, футуризм.

 — А Маяковский тоже пользовался трафаретной техникой? — заинтересовался я.

 — Да, но он плакаты рисовал валиком. Размеры-то у них большие, — объяснила педагог.

Литературные чтения в соседнем дворе закончились. А публика отправлялась уже в здание самой библиотеки: там должны были состояться лекции «Владимир Маяковский — история, параллели, влияния», «Маяковский и современность» и «Софья Шамардина. С Маяковским и после...» — об одной из возлюбленных поэта, его Сонке.

Дождь покапал и прошёл. Печальное торжество продолжалось.

А мы с фотографом отправились гулять по городу, чтоб навестить петербургские адреса Владимира Маяковского. Об этом читайте в пятничном номере «Вечернего Петербурга».

↑ Наверх