Газета выходит с октября 1917 года Saturday 21 сентября 2019

Тарантино разобрался с вопросами рабства

Новая картина знаменитого режиссера «Джанго освобожденный» опять собрала звездный состав и полна сцен насилия

Джанго — это не имя, это образ жизни. То есть нет, первоначально-то, в 1966 году, так звали героя одноименного спагетти-вестерна Серджо Корбуччи. Сюжет предсказуем до тошноты: Джанго, одинокий ковбой, прибывал в маленький городок на Диком Западе и безжалостно истреблял всех негодяев вокруг, мстя за убитую жену. Последним и самым оригинальным его доводом был гроб, который Джанго таскал за собой на веревочке: в гробу ковбой хранил пулемет.

Леонардо ДиКаприо сыграл несвойственную ему роль негодяя.


Брутальное обаяние Джанго пришлось по нраву продюсерам. В результате за следующие два десятилетия на экраны вышло еще... три десятка фильмов про таких же джанго. Сюжет картин уже никак не был связан с семейными проблемами первого джанги. Постепенно они прогрессировали к все более кровожадно-идиотической развлекаловке. К тому, что зовется словом «трэш».

Конечно, мимо такого яркого феномена не мог пройти нынешний король трэша, в фильмах которого, однако же, считают за честь сыграть самые звездные фигуры Голливуда. Квентин Тарантино решился снять свой первый спагетти-вестерн «Джанго освобожденный».

Мы наверняка не погрешим против истины, если предположим, что все тридцать фильмов про Джанго Квентин пересмотрел по нескольку раз еще в юности, работая в магазине видеопроката. Но Тарантино мало было просто снять еще одно кино с морями клюквенной крови и горами загримированных трупов — хотя он в этом деле мастер. Он подверстал сюда еще и идею. 

— Я хочу сделать фильм про ужасные страницы истории Америки, связанные с рабством. Я попытаюсь иметь дело с тем, с чем Америка еще не имела дела, потому что она стыдится этого, — заявил режиссер.

Тему рабовладельческой Америки Квентин лихо разрубил как гордиев узел: здесь Джанго (Джейми Фокс) — чернокожий лицензированный охотник за головами. Отстреливать белых, а тебе за это еще и платят — что может быть лучше? Но вообще герой мечтает освободить из рабства свою жену. В конце — хеппи-энд: чета, оседлав мустангов, уезжает в закат, все прочие жестоко умерщвлены. Остроумные диалоги и блестящая игра актеров, как обычно, прилагаются. Состав — звездный. Тут и новый герой: уже второй фильм подряд успешно сотрудничающий с Тарантино австриец Кристоф Вальц представляет веселого киллера-дантиста доктора Шульца. Давняя звезда «Криминального чтива» Сэмюел Л. Джексон превосходен в виде престарелого раба Стивена. Его хозяин — рабовладелец Кэнди, молодой хлыщ с лицом Купидона и замашками Калигулы. В этой роли — впервые у Тарантино — занят Леонардо ДиКаприо, в очередной раз доказавший, что за смазливой внешностью имеется еще и драматический дар.

При помощи этой первосортной команды Тарантино так же запросто расправляется с вопросами рабства, аболиционизма и американской истории, как уже разобрался с проблемой холокоста и Второй мировой в «Бесславных ублюдках». Причем метод один и тот же: традиционный персонаж-жертва превращается у Тарантино в самого свирепого убийцу. В «Ублюдках» действует отряд евреев-спецназовцев, отличающихся привычкой снимать скальпы с нацистов живьем. В «Джанго» — негр, вечный страдалец от жестокостей белого человека, безжалостно крошит армию куклуксклановцев (по сравнению с Джанго они — безобидные недотепы), работорговцев, ковбоев, фермеров... Пол-Америки, словом. 

В общем-то Тарантино, как обычно, снимает все про то же самое: помните в «Криминальном чтиве» цитату из Библии (выдуманная самим Квентином)? «И совершу над ними великое мщение наказаниями яростными над теми, кто замыслит отравить и повредить братьям моим, и узнаешь ты, что имя мое — Господь, когда мщение мое падет на тебя». Или, говоря проще, «Добро обязательно победит зло. Поставит на колени и зверски убьет». 

Да, кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет, насилие порождает насилие, а исстрадавшаяся жертва скорей всего станет самым страшным палачом. Это все, конечно, верно. Но в процессе мести как не полюбоваться эстетичнейшими сценами насилия — тем более снятыми самим Тарантино, чтоб ему никогда не болеть!

 

↑ Наверх