Газета выходит с октября 1917 года Thursday 22 февраля 2024

В Крым — на бархатный сезон

Есть минусы, но сюда хочется вернуться

Билеты на самолет в Симферополь я покупала за неделю до вылета, обошлись они мне, в два конца, в 11 800 рублей. Если бы покупала раньше, можно было бы взять дешевле. Моя подруга брала за три дня до вылета — уже по 12 500 рублей. Самолет огромный — боинг, в котором сиденья установлены в три ряда, был заполнен под завязку, это при том что ежедневно из Пулкова в Крым 4 рейса.

Эх, дороги!

Прилетели ночью. Аэропорт после нового Пулкова показался строением прошлых эпох: тесным и плохо оборудованным. Один из мониторов в багажном отделении, на котором должно высвечиваться название пункта, откуда прибыл самолет, был сломан, и люди битый час метались от транспортера к транспортеру, отыскивая чемоданы. Спустя пятьдесят минут после прилета я выловила, наконец, свой багаж на ленте, над которой значилось: «Москва». Трансфер до пансионата (примерно 50 км) стоил 1200 рублей — то есть по 600 рублей с носа. Водитель нас терпеливо ждал, хотя самолет опоздал на полчаса плюс около часа не выдавали багаж. Дорога напоминала растянутую стиральную доску. Мы качались как на волнах и с ностальгией вспоминали наши питерские дороги, которые все время критикуем. В общем, даже первые впечатления наводили на мысль: у прежних властей Крым был не в фаворе, и теперь, чтобы довести полуостров до ума, в него нужно вложить немалые деньги. Но они быстро окупятся, потому что земля здесь благодатная: такого винограда, груш, слив, яблок, как в Крыму, мы не ели ни в каких заграницах. А море, воздух, целебные источники?

Не нужны нам штормы-бури, покупайте хачапури!

Пансионат в приморском поселке Новофедоровка близ городка Саки обошелся в 12 000 рублей за 9 дней. В эту цену входило трехразовое питание плюс экскурсионное обслуживание. Мы жили в двухместном номере со всеми удобствами, с кондиционером и Wi-Fi. До моря было метров триста по проселочной дороге, которая вилась средь выгоревшей травы, невысоких кустарников и каких-то местных полевых цветов, издававших теплый густой запах мяты. Как видно, местное население облюбовало эту прибрежную зону для воскресного отдыха с шашлыками, то тут, то там виднелись кучи мусора. Но береговая линия, примыкавшая к воде, содержится в чистоте. Мы выбрали место подальше от благоустроенного пляжа с зонтиками и шезлонгами. Народу здесь совсем немного, примерно по человеку на десять квадратных метров, так что никто не мешал читать увлекательную книжицу, которую я прихватила с собой. Сентябрьская вода была ласковой, прозрачной и бодрящей, по данным Интернета — где-то 24 градуса. Температура воздуха — 29 — 30. Вокруг по-хозяйски расхаживали тучные бакланы на тонких ногах, чайки деликатно держались подальше от людей. Спокойствие нарушали лишь горластые торговцы, предлагавшие разную снедь. — Пирожочки сладкие с персиком и вишенкой, с абрикосом и клубничкой, трубочки хрустящие слоеные с вареной сгущеночкой, — приговаривала в мегафон женщина, нагруженная торбами и коробками.

— Кукуруза-вертолет залетает прямо в рот, а еще та кукуруза укрепляет мышцы пуза, — вторил ей баритоном загорелый до черноты торговец, — не нужны нам штормы, бури, покупайте хачапури!

Возвращаясь с пляжа, мы проходили мимо небольшого рынка, где частники продавали фрукты и овощи со своих садов-огородов. Душистый янтарного оттенка виноград, над которым кружились пчелы, ровного желтого цвета пузатые груши, чернослив, который мы видим лишь в сушеном виде, персики с темно-бордовыми боками. Правда, все не так уж дешево. За килограмм винограда просили 80 — 60 рублей, за сливы — 45, за груши — 60. В первый день нам удалось купить помидоры по 25 рублей за кило. Что это были за помидоры! Их можно было разломить руками, и внутри обнаруживалась розовая сахарная мякоть. Впрочем, на следующий день они стоили уже по 45 рублей.

В воздухе разлито напряжение

Мы приехали в воскресенье, а в понедельник за завтраком услышали самолетный гул, как будто аэродром был где-то рядом. — Так и есть, — подтвердила администратор. — Это наши летают. Пусть летают, охраняют.

Когда-то в советские времена Новофедоровка была закрытым военным городком. Здесь размещалась тренировочная летная часть. После отделения Украины аэродром оказался по сути заброшенным, и вот теперь он снова ожил. Все местное население в курсе, что сюда из России переброшен летный полк: «сушки» и «миги». А еще на аэродроме установлен уникальный тренажер, имитирующий палубу авианосца, которая раскачивается, как во время шторма, и на нее учатся садиться наши военные самолеты. Сидя на пляже, мы наблюдали, как они носятся над морем и выделывают разные воздушные фигуры.

— Все равно, какая власть, только бы не было войны, только бы бомбы не падали, — сказал водитель, который вез нас из аэропорта. — У меня племянник приехал из Донецка — беженец. Был шахтером, получил квартиру. Теперь в ней все окна выбиты, жить невозможно. Народ хочет спокойной жизни: детей растить, работать, на что нам ихние революции? То же самое и в России, тоже лодку раскачивают. Вокруг солнечная радостная природа, а в воздухе разлито напряжение.

Повсюду видишь объявления: «Продается». Те, кто не хочет жить в России, продают гостиницы, недостроенные апартаменты, дома. На пляже познакомились с крымчанкой. Работает бухгалтером на частном сельхозпредприятии, специализирующемся на выращивании винограда, которое принадлежит какому-то киевскому олигарху. — Очень доходное предприятие, — сообщила женщина. — Теперь вот не знаем, что будет дальше. Наверное, закроется. На море она приехала из степного района провести отпуск и, кстати, снимала номер «люкс» в почти пустой мини-гостинице за 200 рублей в сутки. Рассказывала, как хозяин гостиницы сокрушался, что его бизнес рухнул.

Самолеты несут и несут народ в Крым, но все равно по сравнению с прошлыми годами отдыхающих мало. Те, кто сдает жилье, понизили цены до минимума, но что толку? Не всем самолет по карману, а кто-то просто боится летать. А ехать с пересадками через переправу тоже не многие решаются. Минус украинцы, которые проводили отпуск в Крыму. И их было немало — где-то процентов 65 — 70 от числа всех приезжавших на отдых.

Для тела и души

В километре от Новофедоровки — соленое озеро с лечебной грязью. Сюда еще Гоголь приезжал лечиться. Грязью лечат болезни опорно-двигательного аппарата, гинекологию, и вообще она вытягивает из организма всякую заразу, как пояснил лектор, который перед посещением озера прочитал лекцию о том, как надо пользоваться этим природным феноменом.

Вода в озере крепко соленая, как в Мертвом море. Не утонешь, всплываешь, как пробка. Кто-то весь обмазывается черной маслянистой грязью, но не для всех это полезно. Лучше просто минут пятнадцать посидеть в воде, зайдя подальше от берега. Озеро мелкое — по колено. На противоположном берегу — город Саки, там много санаториев, в которых лечат целебной грязью.

Были экскурсии в Ялту, в Ливадийский дворец. Там на втором этаже музейная экспозиция, посвященная венценосному семейству Николая Второго: спальни, классные комнаты, царский кабинет, обставленные мебелью того времени. А на первом этаже — залы, где проходила ялтинская встреча Сталина, Черчилля и Рузвельта, и апартаменты, в которых квартировал в 1945 году во время конференции американский президент. Посещали форосскую церковь, которая прилепилась на краю скалы, откуда открывается изумительный вид на побережье, в том числе и на правительственную резиденцию с огромным бассейном, где в свое время Горбачева застал путч. Но особенно зацепила поездка в Севастополь.

Каждому этот город открывается по-своему

В этом городе как бы остановилось время, он наполовину все еще там, в советском прошлом. Будто и не был за границей. Здесь на каждом шагу святые для русского человека памятники и символы. Корреспонденты нашей газеты уже бывали в Севастополе и писали о нем. Но для каждого этот город открывается по-своему.

На возвышенности видимый отовсюду Адмиралтейский собор св. Владимира. На его стенах нет икон. Вместо них — мраморные плиты с именами 33 героев первой обороны Севастополя, удостоенных ордена Святого Георгия.

Когда в 1851 году умер адмирал М. П. Лазарев, неутомимый строитель Севастополя и флота, его похоронили в склепе будущего собора. Во время боевых действий первой обороны города в склепе Лазарева были похоронены и его ученики, героически погибшие при защите города: в октябре 1854 года — вице-адмирал В. А. Корнилов, в марте 1855 года — контр-адмирал В. И. Истомин, в мае 1855 года — адмирал П. С. Нахимов. Великие русские флотоводцы. Впоследствии над склепом был воздвигнут собор.

Легендарная Графская пристань. Отсюда отплывали на чужбину, навсегда покидая свою страну, войска белой армии, эмигранты. Об этом напоминает мемориальная доска «В память о соотечественниках, вынужденных покинуть Родину в ноябре 1920 года».

Старенький катерок за 150 рублей провез нас по Севастопольской бухте. Его капитан крутил штурвал и попутно исполнял роль экскурсовода. Рассказывал о береговых постройках и кораблях, стоящих на приколе. Многие из них были построены еще при царе Горохе, напоминают ржавые корыта и вроде бы были приписаны до последнего времени к Украинскому флоту. Вообще об украинских руководителях Севастополя последних лет капитан говорил с усмешкой, отпуская в их адрес разные нелицеприятные эпитеты. Но видели мы и мощные боевые корабли, приписанные к флоту российскому. У Адмиральской пристани выстроились современные катера. На одном из них под номером 1404 9 Мая принимал морской парад Путин, которого наш экскурсовод называл по-свойски Владимировичем.

После прогулки на катере подруга в патриотическом порыве слушала по смартфону на Графской пристани песню «Севастополь останется русским» Александра Городницкого, написанную несколько лет назад…

↑ Наверх