Газета выходит с октября 1917 года Thursday 22 февраля 2018

Ветеран Великой Отечественной войны живет в неблагополучной коммуналке

А чиновники отказывают ему в предоставлении отдельного жилья

84-летний участник войны инвалид 1-й группы Вадим Алексеевич Шадрин не может получить отдельную квартиру даже в доме социального обслуживания. Причина — не преодолен ценз оседлости, хотя ветеран живет в Петербурге с 1995 года.

Фото: семейного архива Шадриных

13-летний подросток в войну стал связным группы подпольщиков…

Родился Вадим Алексеевич во Владивостоке, но, когда ему исполнилось шесть лет, семья перебралась в Мариуполь. Там как раз построили новый завод, на который набирали специалистов со всех концов страны. Вот и отец Вадима Алексеевича стал работать на новом заводе.

Когда началась война, отец ушел на фронт (и погиб в 1942 году). Тринадцатилетний  Вадим Шадрин с матерью остались в Мариуполе. Скоро в город вошли немецкие войска, начался период оккупации.

Жили голодно. Чтобы достать съестное, Вадим ходил на Ильичевский рынок, пытаясь продать обложки от журналов (его мать работала в библиотеке и могла брать никому не нужные, уже списанные журналы, а в их плотные обложки на рынке заворачивали продукты покупатели). В удачные дни Вадим Алексеевич выменивал на обложки немного съестного, в том числе яблоки.

На худенького смышленого паренька обратили внимание подпольщики. Предложили ему стать связным между группами. Подросток с радостью согласился и стал приходить на рынок, пряча в кошелке с яблоками листовки и записки, а порой и оружие.

Как вспоминает Вадим Алексеевич, рынок поры оккупации прежде всего запомнился… жутким запахом. Потому что прямо на рынке были устроены виселицы, на которых фашисты «показательно» вешали людей — так сказать, в назидание остальным. Эти трупы не разрешали снимать по нескольку дней, отсюда и страшный запах. Чтобы каждый подпольщик знал, что именно его ждет в случае поимки. Знал об этом и тринадцатилетний Вадим Шадрин.

Однажды подпольщики, и вместе с ними Шадрин, смогли предотвратить показательную казнь целой группы осужденных. Вадим и товарищи ночью, накануне казни группы, смогли проникнуть на рынок, устроили там погром, закидали гранатами немецкие мотоциклетки. Немцы вынуждены были отменить казнь.

Но один из полицаев обратил внимание на паренька, ходящего по рынку с кошелкой. Вадима Шадрина обыскали: в кошелке обнаружились листовки и зашифрованная записка. Расправа была скорой: полицай начал бить паренька. Бил страшно, по голове, по лицу. Бил, чтобы забить насмерть. Вадим Шадрин потерял сознание. А полицай, решив, что убил паренька, бросил его тело в канаву.

Спасла Вадима мать, которая, когда стемнело, стала искать пропавшего сына. И нашла — в грязи, в канаве, не подающего признаков жизни.

И все-таки Вадим выжил. Полицай избил его в октябре 1942 года, и только весной 1943 года он смог оправиться от ран и выйти на улицу.

Уже после войны, когда встал вопрос о выборе будущей профессии, Вадим Алексеевич твердо решил: буду защищать Родину, чтобы никогда не повторилась страшная трагедия 1941 — 1945 годов. Двадцать шесть лет отслужил Вадим Шадрин в Советской армии.

…А под старость оказался в асоциальной коммуналке

Сейчас Вадим Алексеевич с супругой Ираидой Леонтьевной и взрослой внучкой зарегистрированы в комнате жилой площадью 23,7 квадратных метра (то есть менее 8 метров на человека). Квартира — коммунальная. Более того — некоторые из соседей ведут асоциальный образ жизни.

Как пишет в своем заявлении участник войны, «…проживаю в неблагополучной, почти криминальной коммунальной квартире, в которой также проживают дважды судимые граждане, судимость с которых до сих пор не снята. Граждане неоднократно привлекались к ответственности за употребление и распространение наркотических препаратов, периодически устраивают шумные встречи с друзьями с прослушиванием музыки и употреблением алкогольных напитков. Мои родственники постоянно обращаются в администрацию и правоохранительные органы для наведения порядка в квартире. Только в период с 2011 по 2013 год полиция была вызвана 18 раз».

Вадим Алексеевич неоднократно обращался к властям с просьбой предоставить ему отдельную квартиру — в соответствии с указом президента. Но получил отказ. Причина — не преодолен ценз оседлости.

На самом деле Вадим Алексеевич с женой постоянно  проживают в Санкт-Петербурге более 18 лет, с 1995 года (и это не считая того, что в 1955 — 1956 годах Вадим Алексеевич проживал в Ленинграде, когда был слушателем на курсах усовершенствования офицерского состава в Ленинградском военном округе).

В 1995 году супруги Шадрины переехали в Петербург на постоянное место жительства. Сначала жили в частном доме, затем на съемных квартирах. С 2010 года они зарегистрированы в комнате на Большой Монетной (у Шадриных есть все полагающиеся документы, подтверждающие проживание в Санкт-Петербурге в указанные сроки).

Шадрины обращались в суд — тоже бесполезно. Нет постоянной прописки на протяжении 10 лет, а значит, ничего не положено.

Тогда участник войны обратился  к властям с просьбой предоставить жилье в доме социального обслуживания населения (то есть то, которое нельзя приватизировать и передать по наследству). В декабре 2013 года пришел ответ из администрации Петроградского района. Снова отказ.

Ветеран Вадим Шадрин не может понять, почему же ему упорно отказывают в предоставлении отдельного благоустроенного жилья. Ведь власти столько говорят о том, что всем нуждающимся ветеранам жилье уже предоставлено.

Комментарий

Татьяна Смирнова, юрисконсульт горячей линии «36 квадратных метров»:

— Федеральный закон «О ветеранах» устанавливает правовые гарантии социальной защиты ветеранов в Российской Федерации — в целях создания условий, обеспечивающих им достойную жизнь, активную деятельность, почет и уважение в обществе.

Вадим Алексеевич Шадрин — инвалид первой группы. Согласно ст. 2 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» социальная защита инвалидов — система гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества.

В настоящее время Шадрин остро нуждается в улучшении жилищных условий.

Согласно ст. 14, 15 Федерального закона «О ветеранах» улучшение жилищных условий участника Великой Отечественной войны является мерой социальной поддержки.

Согласно ст. 5 Закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» органы государственной власти субъектов Российской Федерации участвуют в обеспечении социальной защиты и социальной поддержки инвалидов.

Инвалиды и семьи, имеющие детей-инвалидов, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, принимаются на учет и обеспечиваются жилыми помещениями в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Согласно ст. 17 указанного закона инвалиды, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, принимаются на учет и обеспечиваются жилыми помещениями в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Таким образом, у петербургских чиновников отсутствуют препятствия для предоставления участнику Великой Отечественной войны Шадрину В. А. меры социальной поддержки в виде улучшения жилищных условий, в котором он нуждается, с учетом льготы для ветерана Великой Отечественной войны.

 

Подготовлено по материалам «Общественной приемной Балтийской медиа-группы» (197022, СПб, Каменноостровский пр., 67. Тел. 327-52-74, электронный адрес: op@baltmg.ru)
↑ Наверх