Газета выходит с октября 1917 года Tuesday 21 мая 2024

«Все — кончено! Все — начато! Айда в кино!»

«Вечерний Петербург» решил посмотреть самые популярные отечественные и зарубежные фильмы новогодних каникул. И сделать выводы

После новогодних слишком бурных увеселений часто не остается сил вообще ни на что. Однако из дому все же хочется выползти, даже если встаешь часа в два дня. И куда прикажете влачить свой ослабевший мозг и оплывшее тело? Да в кино.
Там все-таки создается иллюзия какого-то культурного досуга. А если фильм не увлечет — можно задремать под покровом темноты, развалясь в мягких креслах.
Сейчас, встряхнувшись и придя в себя от выходных, можно попробовать вспомнить: а что же мы успели посмотреть?

Драконовские меры
Если надо взбодриться — можно посмотреть боевик или остросюжетный триллер. В этих жанрах королем считается Дэвид Финчер. И в новой картине «Девушка с татуировкой дракона» по одноименному роману шведского писателя Стига Ларссона Финчер явно решил поддержать репутацию. Кроме того, фильм с таким названием очень подходит, чтобы с него начать год Дракона, не правда ли?

Беспокойный журналист Микаэль (Дэниел Крэйг) и панко-готичная хакерша-аутистка Лисбет (Руни Мара) впутываются в расследование загадочной пропажи девушки из богатой семьи капиталистов. Будут тут и скелеты в шкафу, и психопаты, и нацисты.

Радует, что все действие, по ощущению, происходит почти в наших местах. Те же северные лесочки. И мобильник в шведской глубинке точно так же не ловит, как, скажем, в каком-нибудь дачном поселке Гатчинского района Ленинградской области. А погоня за главным негодяем (Стеллан Скарсгард) происходит словно на Выборгском шоссе.

Все это захватывает своей мрачной, агрессивной эстетикой и напряженной атмосферой, разлитой в воздухе. Два с лишним часа, которые длится фильм, пролетают незаметно.

Но в конце приходит разочарование. Вся история оказывается лишь занятным и красивым триллером, не более. Уровня драмы и философии «Бойцовского клуба» не ждите — мэтр почему-то снизил планку и позволил себе снять фильм, умещающийся в своих границах. Никаких прорывов в запредельное — а ведь именно за это мы и любили Дэвида Финчера.

Можно, конечно, и поразмышлять над этой современной сказкой, в которой воплотились надежды и страхи современного западного человека. Злодей чем-то очень похож на скандинавский ужас наших дней — Андерса Брейвика. Главный боец — хрупкая девушка, а большие сильные мужики — либо рохли, либо садисты. Но все это мелькает здесь как случайные и необязательные элементы.

В лесах рождественские елки
Тем, кто не хочет вдаваться в мрачные скандинавские интриги, можно сместиться на отечественную почву. И посмотреть комедию «Елки-2», призванную объединить население страны, затерявшееся в новогоднем дыму от хлопушек и петард.

Кажется, что режиссеры «Елок» Дмитрий Киселёв, Александр Баранов, Александр Котт и Леван Габриадзе ориентировались на опыт британца Ричарда Кертиса, снявшего «Реальную любовь». Идея, конечно, правильная: всегда лучше брать уже опробованные и наверняка работающие схемы. Как в «Реальной любви», здесь рассказывается множество переплетенных историй разных людей, разбросанных по разным городам. Как и в британском фильме, оказывается, что все взаимосвязаны по принципу «Я, ты, он, она, вместе — целая страна, вместе — дружная семья...». Петербуржцы с москвичами, полицейские с чеченцами, сноубордисты с депутатами.

Только непонятно, почему символом такого единения в фильме выбрана новогодняя елка. Дескать, объясняется, каждый человек — как иголочка. В смысле, колючий у нас народ, что ли?

Правда, Великобритания — государство маленькое, расстояния там смешные. Россию таким манером связать труднее, связи у нас тоньше, любви на душу населения приходится поменьше. Но ничего, справляемся.

Там, где любви не хватает или диалоги провисают, — помогают смешные гэги, вроде ударов по голове или падения с лестницы.

В одном можно быть уверенным: каждый момент экранного времени зритель будет видеть знакомое лицо. Кастинг тут по-настоящему звездный. Снялись Алексей Петренко, Иван Ургант, Сергей Светлаков, Гоша Куценко, Ирина Алферова, Сергей Безруков, Виктор Вержбицкий, Владимир Меньшов, Никита Пресняков, Вера Брежнева... Даже закадровый голос принадлежит Константину Хабенскому.

Вот есть в «Елках-2» что-то глубоко символическое, отражающее жизнь страны.

Любого человека на улице у нас возьми — умница, молодец, ну прямо звезда. Кажется, вместе должна такая сила собраться, такой талантище!..

А ничего не получается.

В кустах игрушечные волки
Есть и другая, самоотверженная категория зрителей. Те, кто отправился в кино и вообще вышел на улицу не по своему желанию, а по настойчивым просьбам подрастающего поколения. Их выбор — мультфильмы.

Анимация Владимира Торопчина «Иван Царевич и Серый Волк» как бы продолжает экскурсию по сюжетам Виктора Васнецова — «Трех богатырей» уже последовательно осветили в трех... нет, в четырех мультфильмах. И не беда, что квазидиснеевская графика слабо напоминает манеру Васнецова.

Теперь с силового богатырского элемента, значит, переключились на административный. Так Ивана Царевича характеризуют в новой сказке — вполне современным языком.

Тут узнается старая добрая традиция: наши киносказки всегда отличались остроумной переработкой классического сюжета, да еще и россыпью намеков на современность.

В «Иване Царевиче» вроде бы все это есть. Но то ли намеки недостаточно внятные, то ли намекают они на что-то не то...

Кот ученый на дубу был сделан интеллигентом животного мира еще у братьев Стругацких. Прижимистого царя сочинил Филатов в «Федоте-стрельце». Вот злой дьяк — царский советник — это местная системная оппозиция. Да еще подкупленная внутренней угрозой — злой черной Тенью неизвестного происхождения. Свежо, но уж совсем невесело.

А что должно означать перевоплощение Серого Волка, другого царского советника, в маленького суслика? Эту околополитическую метафору каждый толкует, как может.

И еще. Как и в «Елках», сюжет то и дело начинает чуточку буксовать. Возникают такие малюсенькие неловкие паузы. Похоже, жители Тридевятого царства на самом деле толком не знают, о чем говорить друг с другом.

Занятный симптом, конечно. Если дело не только в недостатках сценария.

Спишем на то, что у киногероев, как и у реальных жителей нашей страны, — легкое похмелье и вообще постновогодний синдром. Это пройдет.

Федор ДУБШАН
↑ Наверх