Газета выходит с октября 1917 года Friday 24 мая 2019

Загадка Антонио Ринальди до сих пор не разгадана

В Ораниенбауме представили два отреставрированных зала Китайского дворца — Гардеробную и Розовую гостиную

В этот день Елена Кальницкая (на фото) надела оранжевый шелковый шарф. У многих музейщиков и реставраторов — тех, кто причастен к Китайскому дворцу, — на жакеты и пиджаки были приколоты оранжевые бантики.

На вопрос досужих журналистов, почему так много оранжевого, Елена Кальницкая ответила:

— Это же просто! Ответ заключается в самом названии Ораниенбаума, что в переводе с немецкого означает «апельсиновое дерево». Нам даже не надо было думать над выбором символа, бренда музея. Апельсиновое дерево — это же так красиво! Пусть оно цветет и плодоносит.

По словам директора ГМЗ «Петергоф», вся реставрация Китайского дворца по предварительным сметам стоит около миллиарда рублей. Нынешняя, вторая очередь реставрации — 150 миллионов.

Особенно эффектно дворец выглядит со стороны озера.

Погода, по петербургскому обыкновению, менялась каждые пятнадцать минут. Когда журналистов пригласили осмотреть дворец, светило солнце. Вволю налюбовавшись великолепными интерьерами, некоторые коллеги запросились наружу — покурить. Но там уже лил дождь. И строгие смотрительницы предупредили, что выйти-то можно, а вот обратно уже не пустят — потому что в Китайском дворце очень следят за сохранением определенного температурно-влажностного режима. А ты ввалишься из-под дождя в мокрой одежде и все нарушишь.

Антонио Ринальди, архитектор, который построил эту изящную игрушку для императрицы Екатерины Великой, задал последующим поколениям загадку, которую специалисты не могут разгадать по сей день. Он, мастер, который контролировал все детали постройки, каждую виньетку, почему-то пропустил такую важную вещь, как сооружение фундамента.

Голубая гостиная только что отреставрирована.

Кроме того, по словам директора ГМЗ «Петергоф» Елены Кальницкой, господин Ринальди выбрал далеко не самое лучшее место для сооружения дворца в смысле географического положения. 

Потому главной задачей реставраторов была гидроизоляция. Сейчас она установлена. Появилась во дворце и система отопления: зимой здесь поддерживается температура примерно 4,5 градуса тепла. Теперь, как подчеркнула Елена Яковлевна, можно не опасаться перепадов температур и быть уверенными, что уникальная отделка, в реставрацию которой вкладывается столько сил, средств, времени, таланта, будет жить.

Открывшиеся после реставрации Розовая гостиная и Гардеробная находятся на половине цесаревича Павла Петровича — наследника престола, нелюбимого сына императрицы, которого историки иногда называют русским Гамлетом. 

При реставрации Гардеробной и Розовой гостиной было сделано много интересных находок. Так, в Гардеробной под слоями краски, нанесенной в XIX — XX веках, обнаружился первоначальный — голубоватый — цвет отделки. В Розовой гостиной на падугах потолка, когда расчистили два слоя масляной и клеевой краски, увидели искусственный мрамор XVIII века. 

А во время реставрации плафона Розовой гостиной «Диана и Аврора» нашли авторскую подпись венецианского художника Гаспаре Дициане. 

По паркету, по которому ступала сама Екатерина Великая, можно ходить только в бахилах.

Татьяна Сясина, заведующая сектором «Собственная дача» и хранитель Китайского дворца, рассказала о реставрации:

— Нам еще предстоит закончить кабинет Павла Петровича, Штофную опочивальню, отреставрировать Переднюю, Большой зал. Важно поэтапно делать реставрацию, чтобы последовательно открывать залы. 

В Китайском дворце используется метод максимальной консервации и щадящей реставрации. Утраченное воссоздается только тогда, когда есть иконография, источники, аналоги. 

Всем посетителям Китайского дворца приходится надевать бахилы. Ринальдиевские паркеты во дворце — уникальны, это подлинники. 

Как рассказала Татьяна Сясина, первоначально полы в Китайском дворце были сделаны из искусственного мрамора. Он был снят в 1771 — 1772 годах и заменен на паркет, на котором сохранили те же рисунки, что были на дереве. Для их создания использовалось множество сортов дерева — только заморских, привозных, было около двадцати. Сейчас проведены реставрация, подклейка, сделана гидроизоляция полов снаружи и внутри. А сам набор, инкрустация, маркетри воссозданы и тонированы в цвет. Но люди могут видеть, где вставлены новые части, где «родное», а где «не родное». 

В павильоне «Китайская кухня» в тот же день открылась выставка «Китайский дворец. Искусство реставраторов».

Директор ГМЗ «Петергоф» сказала много добрых слов в адрес петербургских реставраторов:

— Вроде бы мы открываем сегодня два небольших зала, и вроде бы это залы не первого порядка — не парадные интерьеры Екатерины II. Но я все время думаю, какое же это трудное дело — реставрация такого памятника. Он как слоеный пирог, это многослойная работа. Как сделать все точно, как ни в чем не ошибиться, как воссоздать все именно так, как было задумано Ринальди? Предполагала ли Екатерина Вторая, что ее дворец простоит так долго, что мы будем его так бережно хранить? Наверное, нет. Содержать такой дворец с уникальной отделкой в столь сложных климатических условиях — дело серьезное. И сегодня к нам обращаются за советом специалисты не только со всей России, но и из Европы. Таких реставраторов, как в Петербурге, нет больше нигде. 

И немного китайского колорита...

Почетный президент ГМЗ «Петергоф» Вадим Знаменов не мог не приехать в этот день в Ораниенбаум, на праздник всех хранителей Китайского дворца и реставраторов. «Когда произошло слияние Петергофа и Ораниенбаума, многие были против, — вспомнил он не столь давние времена. — Но они ошибались. Состояние Китай­ского дворца, когда нам его передали, было ужасно. А сейчас он снова возвращается к жизни!»

Всего в Китайском дворце семнадцать помещений, посетителям пока доступны только шесть. В залах дворца пока еще почти нет мебели — только два столика. Даже торшеры стоят современные. Многие вещи пропали во время войны. Сейчас ведутся поиски мебели в различных фондах и у частных коллекционеров.

И все же мы имеем возможность видеть подлинные интерьеры и некоторые вещи — то, до чего дотрагивалась сама Екатерина. Немного жутковато смотреть в старинные зеркала: а вдруг в чуть затуманенном стекле за собственным отражением привидится силуэт красивой полноватой дамы в пудреном парике и платье с фижмами?

Паркетные полы созданы по рисункам Антонио Ринальди. Для них использованы десятки сортов дерева.

В старинные зеркала смотреть немного жутковато.

↑ Наверх