Газета выходит с октября 1917 года Saturday 24 февраля 2024

Жизнь сердца

До 14 июня галерея «Сарай» приглашает на выставку Елены Завельской «Сердцебиенья»

Само название говорит об интимном, сокровенном, волнующем. Настроению доверительного разговора способствуют и размеры зала — более чем скромные. Но пространство не выглядит перегруженным: очевидно, сами работы добавляют воздуха.

«Работы очень разные — чем их объединить? Сердцем», — говорит Елена. Здесь работы разных лет, с середины 1990-х до нынешнего года. Есть и давно полюбившиеся зрителю автопортреты, и картины из известного цикла «Еврейское счастье» (размышление художника о жизни еврейских местечек, в которых она... никогда не была), и пейзажи Петербурга — узнаваемые, но при этом сказочные.

«Такое счастье». 2015

Рассказывать сказки — одно из любимых занятий Елены Завельской. Например, про русалок. Русалки на ее картинах совсем не страшные, они не завлекают путников на дно водоемов: наоборот, они вышли из воды и пытаются адаптироваться в нашем мире. Последняя по времени картина — «Такое счастье»: русалка вышла замуж за обычного парня и ребенка ему родила. А может быть, рыбенка — не разглядеть, он в одеяльце завернут.

«Инстинкт самосохранения определенно самый мощный из тех, что дан нам природой. Его голос становится тише, а то и вовсе умолкает, если человеком движут любовь, совесть и обостренное чувство собственного достоинства. Тогда чувство опасности и даже угроза собственной жизни становятся менее значимыми, чем верность любви, совести и самоуважению» — это высказывание Елены Завельской совершенно серьезное, но вполне подходит под рассказ о любви русалки и человека. А художник, по убеждению Елены, «всегда изображает себя, даже если на картине изображен сапог». У нее, кстати, есть картина и с сапогом — жаль, в экспозицию не вошла... Вообще здесь маловато натюрмортов.

В новых работах Елены Завельской явственно звучит тема маски, карнавала. Часто персонажи одеты в лоскутные клоунские костюмы — как героиня картины «Секрет Коломбины», печальная дама в шутовском наряде.

«Игра с масками появилась неожиданно. Честно говоря, даже не думала специально, почему вдруг. Наверное, бессознательно хотелось рассказать о «двойной жизни Вероники». Я кажусь человеком жизнелюбивым, оптимистичным, но это же поверхностный слой...» Одна из работ называется «Без маски», это, по сути, автопортрет: Елена изображает себя с грустным лицом — и тоже в шутовском колпаке.

На открытии выставки посетителей умилил музейный кот Ося, который сидел в центре зала и следил за тем, чтобы каждый отдавал ему дань восхищения, но потом все равно устал и заснул. «И кот кстати пришел, Ося, — уверена Елена. — Без кота ничего бы не было».

↑ Наверх