Газета выходит с октября 1917 года Friday 18 октября 2019

«Обнимитесь, братья!»

9 марта исполняется 200 лет со дня рождения поэта и художника Тараса Григорьевича Шевченко

Он называл себя «кобзарем» (так же называется и его самая знаменитая поэма). В переводе с украинского кобзарь — странствующий поэт. Примерно то же самое, что вагант — так называли в средневековой Европе поэтов, странствующих по свету, терпящих лишения ради возможности видеть жизнь, впитывать всю боль и радость, которые она несет, всю тьму и свет.


Уже век как была разрушена Российская империя. Почти 25 лет минуло с того дня, как исчез с карты мира Советский Союз. Такова участь всех империй. Только исчезновение с карты мира  великих империй не означает прекращения их влияния и на ход истории, и на судьбы людей. И многовековые связи между Россией и Украиной не могут порваться в одночасье: даже под градом камней и пламенем, разгоревшимся от брошенных «коктейлей Молотова». 

Есть какое-то мистическое совпадение в том, что 200-летний юбилей Шевченко мы отмечаем как раз в те дни, когда внимание всего мира приковано к событиям, происходящим на Украине. Из Шевченко украинские националисты пытаются сделать такой же символ, как «жовто-блакитное» знамя. Но не получается. Потому что украинские и российские влияния, обе культуры, оба языка так тесно переплетены не только в его жизни, но и в творчестве, что разделить их просто невозможно.

Чтобы убедиться в этом, пройдем по адресам Тараса Шевченко в Петербурге — городе, который так неизмеримо много значил в его судьбе.

Моховая, 26

Старинный дом осенен «гением места», в нем сконцентрирована память о людях, которые здесь обитали. Здесь жили Михаил Глинка, Владимир Одоевский, позднее — знаменитый критик Стасов. Но нас интересует в данном случае не кто-то из этих выдающихся деятелей культуры, а богатый и вздорный помещик Павел Энгельгардт. Вернее, один из тех, кто состоял в услужении у этого самодура, — Тарас Шевченко, крепостной, вывезенный с Украины, где у Энгельгардтов было имение, в Петербург в 1831 году. 

Сюда, в этом дом, приходили Карл Брюллов и Алексей Венецианов, хлопотавшие о выкупе одаренного талантом художника Тараса Шевченко из крепостного рабства. 

Энгельгардт то соглашался дать свободу крепостному, то передумывал, то давал ему надежду, то повергал в отчаяние. И так в течение 7 лет. Неудивительно, что Шевченко оказался на грани нервного срыва. 

Карл Брюллов назвал Энгельгардта «самой крупной свиньей в торжковских туфлях». Помещик, сам знавший о том, что его крепостной — талантливый художник, боялся продешевить. 

В конце концов было решено предложить «крупной свинье» небывалую цену. Для этого друзья пошли на нетрадиционный шаг. Вот как об этом рассказал в автобиографии сам Шевченко: «Сговорившись предварительно с моим помещиком, Жуковский просил Брюллова написать с него портрет, с целью разыграть его в частной лотерее. Великий Брюллов тотчас согласился, и портрет у него был готов. Жуковский с помощью графа Виельгорского устроил лотерею в 2500 рублей, и этой ценой была куплена моя свобода 22 апреля 1838 года». 

Кстати, выкуплен портрет Василия Жуковского кисти блистательного Карла Брюллова был членами императорской фамилии. 

В том же году Тарас Шевченко поступил в Императорскую Академию художеств. 

Университетская наб., 17

Жизнь иногда сочиняет такие сюжеты — нарочно не придумаешь. В канун юбилея Шевченко произошел пожар в здании Академии художеств. В СМИ пишут, что огонь вспыхнул в мастерской, расположенной под самой крышей, а потом перекинулся на третий и второй этажи. Одна из версий — неисправная проводка. Другие источники утверждают, что в помещении на четвертом этаже ночевали узбекские рабочие, силами которых делался ремонт.

Чудом не пострадали знаменитая научная библиотека Академии художеств (которая только недавно была отремонтирована) и расположенная рядом с библиотекой церковь. Обошла беда стороной, к счастью, музей Академии художеств, расположенный в знаменитом «циркуле». Там есть и мемориальная комната Тараса Шевченко.

Академия художеств стала приютом для Шевченко на многие годы. Его учителем был Карл Брюллов, которого часто именуют «Карлом Великим» в знак уважения к его безмерному таланту. Для Шевченко наличие такого учителя было и везением, и неудачей. Трудно было не попасть под влияние Брюллова, в живописи которого сочетались академическое совершенство и романтический блеск. Картина «Катерина» — одна из самых известных работ Тараса Шевченко, написанная в 1842 году, свидетельствует о завороженности молодого художника талантом учителя.

Но уже в своей серии офортов «Живописная Украина» художник пытается выйти из тени исполина, отходит от романтизма в сторону реализма, предвосхищая эстетику «святых шестидесятых», передвижников, писавших униженных и оскорбленных без приукрашивания. 

От Шевченко осталось более 1000 работ — живописи, графики, рисунков. 

После окончания академии Шевченко уехал на Украину. В Киеве он сблизился с историком Костомаровым и вступил под его влиянием в Кирилло-Мефодиевское братство, целью которого было развитие славянских народностей, в частности, украинской. Вскоре 10 «братьев-славян», включая Шевченко, были арестованы.

Тарас Шевченко попал в опалу не только за идеи панславянизма. Гнев императора Николая I вызвала поэма Шевченко «Сон», переданная ему агентами Третьего отделения. В поэме были строчки, высмеивающие императрицу. Если вспомнить, что именно члены императорской фамилии купили брюлловский портрет, тем самым даровав Шевченко свободу, надо признать, что поступил поэт неблагородно. Как писал знаменитый петербургский критики Виссарион Белинский (кстати, ценивший поэзию Шевченко очень невысоко), «читая пасквиль на себя, государь хохотал, и вероятно дело тем и кончилось бы, и дурак не пострадал бы за то только, что он глуп. Но когда государь прочёл другой пасквиль, то пришёл в великий гнев». «Допустим, он имел причины быть недовольным мною и ненавидеть меня, — заметил Николай, — но её же за что?».

Стоит ли удивляться, что решением Третьего отделения, утвержденным лично императором, Тарас Шевченко «по рекрутской повинности» был определен рядовым на военную службу в Казахстан с запретом писать и рисовать. Там он хлебнул лиха сполна. 

Однако петербургские влиятельные люди хлопотали на опального поэта и художника. И, наконец, в 1857 году, уже после смерти Николая I, вице-президенту Академии художеств графу Федору Толстому удалось добиться освобождения Шевченко, вскоре вернувшегося в Петербург.

Большая Морская, 48

Здесь, в особняке графа Уварова, Тарас Шевченко жил с марта по июнь 1858 года в квартире своего друга Михаила Лазаревского. 

«Поразительно симпатичные люди эти прекрасные братья Лазаревские, и все шестеро как один», — писал Шевченко о тех, кого называл «родными братьями». Самым близким другом ему был Михаил Лазаревский, с которым он познакомился в 1847 году в Оренбурге, куда был сослан. Михаил Матвеевич поддерживал поэта морально и материально, хлопотал об его освобождении. 

И вновь Университетская наб., 17

В апреле 1859 года Тарас Шевченко представил свои гравюры совету Академии художеств и был удостоен звания академика. 

Последние годы он жил в квартире в одном из флигелей здания академии. Жизнь его оставалась по-прежнему неустроенной, он так и не смог создать семью, здоровье было подорвано, болело сердце. Он мечтал уехать из Петербурга на родную землю, на Днепр, на берегу которого сумел построить дом — свой первый дом. 

Этому не суждено было сбыться. 14 февраля он пишет предсмертное стихотворение: «Разве не покажут нам, небо…» Он обращается в нем с прощальными словами к Музе. Жить ему оставалось считанные дни.

25 февраля (9 марта по новому стилю) был день рождения поэта. Первым его навестил верный друг и названный брат Михаил Лазаревский. Он застал Шевченко в страшных муках. 

На следующий день, 26 февраля 1861 года Тарас Шевченко умер. Ему не было и 50 лет. 

Гроб с его телом установили в Академии художеств, рядом с комнатой, где жил покойный. На панихиде 28 февраля у гроба, заваленного цветами и лавровыми венками, звучали речи на русском, украинском и польском языках.

Тараса Шевченко похоронили на Смоленском кладбище Петербурга. Но вскоре его тело перевезли на Украину. Так была исполнена последняя воля мятежного художника и поэта, писавшего на украинском и русском языках, ставшего мостиком между двумя народами и культурами. 

Политики могут перекраивать карту мира. Олигархи — делить богатства и ресурсы. Искусство не зависит от этих дрязг. 

Вспомним  призывающие к примирению строчки Тараса Шевченко из его знаменитого стихотворения «I мертвим, i живим, i ненарожденним землякам мо?м  в Украйнi i не в Украйнi моє дружнєє посланiє»:

«Обнiмiться, братии мо?,

Молю вас, благаю!»

↑ Наверх