Газета выходит с октября 1917 года Wednesday 12 августа 2020

Живем мы памятью Лицея

В Большом зале Императорского лицея зазвучал лицейский гимн и двое юношей в мундирах лицеистов пушкинской поры внесли подписанную императором Александром I лицейскую грамоту — об учреждении учебного заведения, откуда вышло столь много славных сынов России.

В Большом зале Императорского лицея зазвучал лицейский гимн и двое юношей в мундирах лицеистов пушкинской поры внесли подписанную императором Александром I лицейскую грамоту — об учреждении учебного заведения, откуда вышло столь много славных сынов России. Этот ритуал состоялся 25 июня — буквально на следующий день после официального празднования 300-летия Царского Села, когда в Лицее была открыта новая постоянная экспозиция, которую так и назвали — «Живем мы памятью Лицея». Она рассказывает о Лицее и лицеистах не только пушкинской поры, но и о том, что было в этих стенах потом — после Пушкина,  в промежутке между революцией и Второй мировой, и о том, что было здесь сразу после войны.


В руках у юношей в лицейской форме — указ об учреждении лицея.


«Буквально с этого дня мы начинаем отсчет подготовки к другой памятной дате — 200-летию Императорского лицея, которое мы будем отмечать 19 октября 2011 года», —  поделился перед открытием экспозиции директор Всероссийского музея А. С. Пушкина Сергей Некрасов. Он рассказал, что к этому времени будет готов двухтомный труд — Лицейская энциклопедия, а пока первый том издания можно «полистать» в электронном виде в одном из залов новой экспозиции.  Уже изготовлены по заказу музея на Монетном дворе в Санкт-Петербурге двести лицейских значков: сова — символ знаний и мудрости среди лавровых и дубовых ветвей. Эти памятные знаки уже получили Мария и Александр Пушкины, специально приехавшие из Бельгии. Потомку поэта Александру Пушкину было доверено и перерезать ленточку у входа в новую экспозицию.


Мария и Александр Пушкины приехали на торжество из Бельгии.


Лицейский дух познания и дружбы, жажды жизни и стремления принести пользу Отечеству пронизывает эти залы. В одном из них на стене — портреты юных лицеистов, а на противоположной — те же люди, ставшие взрослыми. Поэт, военный, канцлер — все они воплотили в жизнь лицейский девиз «Для общей пользы». Вот портрет Ивана Малиновского — сына первого директора Лицея, друга Пушкина. Умирая на Мойке, 12, после дуэли, Пушкин сказал, и это была одна из его последних фраз: «Как жаль, что здесь нет ни Пущина, ни Малиновского, мне было бы легче умирать...»

В 1843 году указом Николая I Лицей переводят в Санкт-Петербург. И в экспозиции речь идет о дальнейшей жизни учебного заведения. Лицеисты в 1879 году 19 октября открывают в стенах учебного заведения первый в мире музей Пушкина — экспонаты этого музея тоже можно увидеть здесь. Мемориальные вещи — меню праздничных лицейских обедов, тарелки с вензелями Императорского лицея, модели, представленные на конкурс первого памятника Пушкину, который был установлен в Москве на Тверском бульваре. А вот это — обычный камень, но он связан с особой лицейской традицией:  каждый курс, когда выпускался,  разбивал  на этом камне свой лицейский колокол, возвещавший о начале и завершении занятий (электрических звонков ведь не было в ту пору). Осколки колокола становились реликвиями для выпускников — их оправляли в золото, делали брелоки.

Вот эти экспонаты — лицейские жетоны появились в музее всего три недели назад. Их передал в дар петербуржец Юрий Павлович Андреев, которому они достались в наследство от дяди — лицеиста последнего перед революцией выпуска Михаила Митрофановича Красовского. «Мой отец погиб на фронте под Ленинградом, и всем  своим воспитанием и образованием я обязан Михаилу Митрофановичу, — вспоминает Юрий Павлович. — Он блестяще владел несколькими иностранными языками, был безупречным человеком, преподавал в вузе экономику, умер в 1951 году».

Между двумя мировыми войнами в Лицее в Царском Селе, а потом в Детском Селе жили многие известные деятели культуры  — Петров-Водкин, Ахматова, Мандельштам, Николай Анциферов, который, кстати, и определил точно, в какой комнатке в свое время жил лицеист Пушкин. периоду между двумя войнами и началу войны посвящен целый зал экспозиции.

А потом в послевоенном разрушенном Пушкине негде было жить, и здесь, в этих стенах, люди теснились в коммуналках. На фото — хозяйка на кухне, а вот и примус — вечный коммунальный спутник. И тут же плакат 1949 года, посвященный возрождаемому Пушкину: молодые люди на фоне памятника поэту в Лицейском саду. Памятник был укрыт в землю в годы войны, фашисты искали его, но не нашли.

Кстати, к 300-летию Царского Села Лицейский сад приблизился к облику двадцатых годов позапрошлого века — теперь он не проходной, у него один вход, поправлены дорожки, высажены кусты белого и розового шиповника — так, как во времена первого лицейского набора.

Галина Артеменко, фото автора

↑ Наверх